+7 (499) 938-69-47  Москва

+7 (812) 467-45-73  Санкт-Петербург

8 (800) 511-49-68  Остальные регионы

Бесплатная консультация с юристом!

К чему банкротство простых граждан привело страну за последние 2 года? 2019 год

Ситуация делает процедуру банкротства не столь эффективной, считает Елена Батура, руководителя проектов АБ S&K Вертикаль». «При этом в продолжении процедур банкротства граждан в этой ситуации могут быть заинтересованы не только сами граждане-должники, но и непосредственно их кредиторы, имеющие набор специальных средств в рамках дела о банкротстве на выявление увода имущества должником от взыскания», – обращает внимание эксперт.

Именно эти недочеты законодательства и правоприменительной практики пытаются исправить сейчас. По сути, речь идет о возврате к изначальной декларируемой позиции разработчиков закона о банкротстве граждан, главной целью которого было освобождение неплатежеспособного должника от бремени долгов, в то время как сейчас во главе угла, по мнению экспертов, оказываются интересы кредитора.

Однако проблема вовсе не в прокредиторских положениях закона, как это может показаться со стороны, обращает внимание Рустем Мифтахутдинов, доцент МГЮА, судья в отставке .

Параграф 1.1 закона о банкротстве граждан имеет впервые в российском праве не прокредиторскую, а продолжниковскую направленность. Причины того, что положения о банкротстве граждан не заработали в должной мере для массового потребителя, заключаются в судебной практике, которая по инерции стала экстраполировать прокредиторский подход, выработанный в отношении юридических лиц, на должников-физических лиц.

Рустем Мифтахутдинов, доцент МГЮА, судья в отставке

Об этом, говорит Мифтахутдинов, свидетельствует одно из дел экономической коллегии ВС, где пришлось указывать судам на очевидный вывод, что процедура банкротства физлица необязательно должна приводить к погашению требований кредиторов. В этой связи совершенно справедливым является положение законопроекта о том, что можно и нужно проводить процедуру банкротства гражданина в отсутствие у него имущества, уверен эксперт.

Как бы то ни было, но реабилитация в рамках банкротства граждан по-прежнему развита очень слабо, признает Олег Зайцев, доцент РШЧП. По его словам, на сегодняшний день она доступна только среднему классу и еще более состоятельным гражданам, а проблемы тех, у кого средств к существованию меньше, она, по сути, не решает. «Валютные ипотечники и ипотечники в целом вообще не воспринимают это как выход», – приводит другой пример Зайцев.

В целом опрошенные «Право.ru» эксперты считают изменения, находящиеся на рассмотрении в Думе, позитивными. Напрямую такое основание, как отказ в признании банкротом гражданина, у которого отсутствует имущество, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов, законом «О несостоятельности (банкротстве)» не предусмотрено, отмечает Татьяна Манакова, руководитель юридического отдела ЮБ «Падва и Эпштейн». Негативные последствия обусловлены действиями непосредственно гражданина должника – тем, что он не предоставляет предусмотренные законом документы или сообщает суду недостоверные или неполные сведения. Манакова обращает внимание на другую сторону проблемы: она отмечает, что с точки зрения правоприменительной практики к числу проблем можно отнести как раз то, что процедура банкротства, освобождая гражданина от обязательств, зачастую не гарантирует удовлетворение требований кредиторов.

Основной целью законодательства должно являться соблюдение баланса интересов сторон – ведь в число кредиторов гражданина-банкрота также часто входят граждане-кредиторы, и с точки зрения равноправия участников гражданских правоотношений освобождение банкрота от долговых обязательств без представления кредиторам встречного удовлетворения нарушает их права.

Татьяна Манакова, руководитель юридического отдела юридического бюро «Падва и Эпштейн»

Второй блок поправок, внесенных в Думу, должен больше защитить должников банков и микрофинансовых организаций. Процедура взыскания долгов станет более прозрачной и публичной. На практике это поможет избавиться от практики «выбивания долгов» коллекторами без подтвержденных полномочий. Сейчас должник просто получает от кредитора заказное письмо, в котором узнает, что права на его долг переданы третьему лицу. Законопроект предлагает при передаче долга – например, коллекторским агентствам – оповещать об этом должника через сообщение в ЕФРС. Предполагается, что такие сообщения будут содержать не только информацию, обязательную для направления должнику кредитором или привлеченным лицам, но и номера и даты договоров, требования по которым передаются, и ИНН должника. «Отсутствие этой нормы на практике стало инструментом злоупотребления для кредиторов и привлеченных лиц из-за того, что должник зачастую не имеет никакого представления о том, в чьих интересах и на основании чего действуют привлеченные лица. Нововведение не решит проблему всецело, но позволит четко определить круг лиц, участвующих в процессе возврата просроченной задолженности», – говорит Артем Кадников.

Третий блок поправок регулирует деятельность юрлиц по раскрытию информации о своей деятельности. В частности, предлагается, что в реестре буду публиковать информацию не только о должниках, но и о деятельности юрлиц – например, там появятся сведения о продаже предприятия, обеспечительном характере собственности и т. д. Эти изменения должны защитить участников процесса банкротства, прямо на него не влияющих. Более полное и детальное раскрытие информации позволит потенциальным кредиторам и контрагентам оценить свои риски и принять верное решение.

Проблемы в признании граждан несостоятельными остаются. Юлия Литовцева, партнёр «Пепеляев Групп», отмечает, что недопущение отказа в применении банкротных процедур в отношении граждан – это лишь часть решения проблемы, причём, по сути, этот вопрос уже был решен на уровне ВС. «Главное – определить источники финансирования процедур. А это достаточно сложный вопрос, который, возможно, потребует вложений со стороны государства», – замечает Литовцева.

Совершенно очевидно, что законодательство о банкротстве граждан не работает в должной мере. Число завершенных и рассматриваемых в настоящее время дел в десятки тысяч раз меньше числа граждан, соответствующих признакам банкротства. Это связано и с высокой стоимостью, и со сложностью процедуры вхождения в банкротство и осуществления процедур. А в конечном итоге все сводится к проблеме финансирования, которая остается самой болезненной и трудно решаемой.

Юлия Литовцева, партнер «Пепеляев Групп»

Найденный законодателем компромисс – возможность проведения процедуры без управляющего, если таковой не найдется в разумный срок порождает новую проблему, отмечает Мифтахутдинов: возможность взаимодействия гражданина-непрофессионала с судом. Применение такой компромиссной нормы может потребовать создания обучающих центров, как за рубежом, где граждан бы обучали подаче заявления и попутно финансовой грамотности, считает эксперт: «Инициаторами создания подобных курсов могли бы стать кредитные учреждения, а обучать могли бы, например, студенты юридических вузов в рамках «юридических клиник».

Кроме того, пока из развивающегося законодательства выпадают целые блоки вопросов. Один из них – банкротство супругов. «Это очень большая тема, и тех намёков, которые на сегодня есть в законодательстве, явно недостаточно», – признает Олег Зайцев.

Радик Лотфуллин, советник Saveliev, Batanov & Partners, выделяет другую проблему, связанную с процедурой банкротства граждан, – соотношение уголовно-процессуального, уголовно-исполнительного законодательств с банкротным законодательством. На эту проблему уже обратил внимание судья Александр Кокотов в особом мнении к определению Конституционного суда РФ № 578-О от 13.03.2018, напоминает Лотфуллин.

«На практике возникают следующие вопросы о порядке исполнения наказания в виде взыскания уголовного штрафа при банкротстве гражданина:

– Приостанавливается ли исполнительное производство по взысканию уголовного штрафа при признании гражданина банкротом?

– Может ли гражданин-банкрот по завершении процедуры реализации имущества гражданина быть освобожден от исполнения требования по уплате уголовного штрафа?»
– Радик Лотфуллин, советник Saveliev, Batanov & Partners.

Татьяна Манакова считает, что с точки зрения развития законодательства о банкротстве гражданина надо лучше регламентировать последствия, возникающие в случае, если после признания гражданина банкротом и освобождения его от долгов обязательства перед кредиторами исполняют залогодатели или поручители. У них по общему правилу возникает право требования к должнику – в то время как одним из последствий завершения процедуры банкротства гражданина является освобождение от дальнейших требований кредиторов, обращает внимание Манакова.

Тем не менее слишком много изменений тоже не на пользу банкротному законодательству, уверена Юлия Литовцева. «Законодательство о банкротстве граждан постигла общая участь российского законотворчества: сиюминутное бессистемное и непрерывное внесение мелких изменений. Многие из них выглядят очень сомнительно – например, законопроект о подаче заявлений о банкротстве граждан через МФЦ. При этом до настоящего времени не принят действительно нужный закон об упрощении процедуры банкротства граждан», – подчеркивает она.

Подобный взрыв популярности банкротных процедур среди россиян эксперты объясняли переменами технологии ведения процедур – теперь этим занимаются «хорошо организованные фабрики с разделением труда и экономией издержек, а не «мастерские по индивидуальному пошиву», как было в 2015 году и ранее», замечал Эдуард Олевинский, руководитель правового бюро «Олевинский, Буюкян и партнеры».

При этом число потенциальных банкротов в процентах к количеству заемщиков с открытыми счетами снизилось с 1,5% в октябре 2015 года до 1,3% на 1 марта 2018 года (по данным ОКБ), и эта тенденция, вероятно, сохранится в 2018 году. Эксперты связывают такой тренд с оживлением рынка розничного кредитования и ростом числа количества новых заемщиков.

Очевидно для каждого, что банкротство это отчаянный и рискованный шаг в судьбе любого человека. И всякий, кто отважился его совершить, должен давать себе отчет насколько это может повлиять на будущие планы не только его самого, но и близких родственников.

Лишь четко осознавая последствия банкротства физического лица, можно принять верное решение: стоит его осуществлять или нет.

Первые отголоски банкротной процедуры неплательщик может почувствовать еще в ходе ведения дела (см. процедура банкротства физлица). С момента одобрения заявления о несостоятельности (в зависимости от назначения или реструктуризации долгов или реализации имущества) возникают следующие особенности:

  • Приобретение собственности (покупка недвижимости, транспорта, дорогостоящих вещей, ценных бумаг, акций, уставных долей и пр.), сбыт своего имущества (продажа, мена и т.п.) возможно лишь с согласия управляющего, а когда введется реализация имущества, то вообще эти операции проводит финуправляющий лично без участия гражданина;
  • Полный запрет на дарение своих активов, внесения их в уставный капитал фирм, кооперативов и пр.;
  • Все регистрационные действия с имуществом (переход права, обременение и пр.) совершает арбитражный управляющий;
  • Отстранение банкрота от всех операций по банковским счетам , депозитам и вкладам (рублевых, валютных). Эти полномочия осуществляет финуправ, в том числе с правом истребования у должника банковских карточек и их блокировки.
  • Право быть поручителем , выступать гарантом, покупать и продавать долги, закладывать вещи допускается с разрешения финансового управляющего;
  • Запрет на покупку ценных бумаг, долей , акций, паев юр.лиц;
  • Ограничение на загранпоездки (суды вводят такую меру по своему усмотрению, могут по ходатайству кредиторов). Бывают случаи, когда запрет на выезд за рубеж не вводится;
  • Запрет на открытие счетов в банках — с момента реализации имущества возможность открывать/закрывать счета в банковских и других кредитно-финансовых учреждениях остается только у финуправа.
  • размер задолженности фиксируется за счет заморозки процентов, штрафов, неустоек, пени и пр.;
  • дела у судебных приставов останавливаются (кроме некоторых: алименты, причинение вреда здоровью и подобные);
  • все иски и претензии принимаются в единственный суд — который ведет банкротное дело;
  • договоры, контракты и соглашения, по которым должнику предоставляют услуги и работы, могут не исполняться по желанию исполнителей (подрядчиков) без учета мнения гражданина;
  • долги оплачиваются в порядке очередности (определяется законом) по плану реструктуризации, а если суд назначил реализацию, то по мере продажи активов должника.
Это интересно:  Ст. 213 ФЗ: регулирование отношений при банкротстве граждан 2019 год

Результат процедуры и оправдывает свои ожидания и приносит неприятные сюрпризы.

Огромным, хотя и единственным, достоинством всей затеи является полное освобождение от долговых обязательств (см. как признать себя банкротом). По факту долги списываются под «0» без оглядки на размер оставшейся задолженности. Перед такими кредиторами, обделенными вниманием и рублем, банкрот чист. При этом не важно, участвовал ли кредитор в процедуре, получив скромную компенсацию, или вообще не знал происходящих событиях, не успев даже заикнуться о своих намерениях. Если суд признал процедуру завершенной, то спрашивать с должника более ничего!

А вот негативных последствий будет куда больше. Перечислим их:

  • подать очередное заявление о несостоятельности можно не ранее чем через 5 лет с момента завершения дела по первому;
  • при этом, если по делу утверждался план реструктуризации, то следующий раз его можно составлять только спустя 8 лет. Это значит, что следующее банкротство (если оно будет назначено ранее 8 лет (допустим, через 5 лет)) будет неполноценным, без возможности реструктуризации (только продажа имущества).
  • если гражданин реструктуризировал свои неуплаты, то в течение 5 лет после погашения задолженности он не имеет права скрывать это обстоятельство (например, заполняя анкету для получения кредита, в соответствующей графе он должен отметить этот факт своей жизни);
  • если же вводилась распродажа активов, то при получении займов, ссуд и кредитов, эту информацию он должен сообщать ранее, чем назовет свое имя. Да и еще настоять на том, чтобы это было вписано в договор.
  • 3 года после завершения дела нельзя быть ни учредителем, ни руководителем, ни членом правления, совета директор и других правящих органов юр.лиц;
  • если должник был предпринимателем, то такой срок увеличивается до 5 лет, к тому же, потеряв статус индивидуального предпринимателя, его нельзя вернуть в течение этого срока.

В нее вносятся сведения об основных событиях в период процедуры (принятие заявления, завершение расчетов, освобождение от дальнейших обязательств и пр.).

Не стоит заблуждаться, что, завершив банкротное дело, одним махом можно покончить со всеми долгами. Имеются обязательства, от которых нельзя избавиться, даже пройдя через всю процедуру банкротства:

  • неуплата алиментов;
  • суммы взыскания за причинение ущерба здоровью, жизни, имуществу;
  • просрочки по выплате зарплаты, выходных пособий (если должник ИП или работодатель в частном порядке);
  • компенсация морального вреда;
  • долги, которые возникли в ходе процедуры, так называемая, текущая задолженность.

Бывает, что и от стандартных недоимок (кредиты, налоги, коммунальные платежи и пр.) после завершения дела нельзя уклониться.

Не обнулится задолженность, если гражданина уличат в нарушениях процедуры банкротства (фиктивное, преднамеренное банкротство, сообщение ложных данных суду, финуправляющему и пр.) или долги были нажиты мошенничеством, обманом, злостным уклонением от их гашения и т.п.

Признание человека финансово несостоятельным — это сугубо индивидуальное событие, однако, происходящее не оставляет в стороне и других лиц. Особо ощутимы отрицательные последствия банкротства физического лица для родственников должника. В первую группу риска входят мужья и жены, потом остальные родные.

  • Имущество должника, в котором есть доля супруга, принудительно продается (для погашения долгов), мужу/жене должника полагается лишь денежная компенсация в размере его доли. При этом такой размер не всегда бывает экономически выгодным и справедливым. Ведь, если у супругов имеется общая задолженность или один дает обязательство за другого (поручительство, залог, гарантия и пр.), то из доли супруга гражданина погашаются эти обязательства целиком и лишь остаток средств достается мужу/жене.
  • Сделки супруга с имуществом могут быть оспорены (по предположению, что это общее имущество, а личное жены/мужа). Возвращенные вещи идут в реализационную массу. Супругу возвращают долевую часть денег, если что-нибудь останется после расчетов с другой стороной отмененной сделки.

Права у мужа/жены гражданина весьма скудны, они лишь вправе участвовать в вопросах порядка реализации активов, а также в судах по сделкам.

  • сделки между гражданином и родными, совершенные за год до банкротства, оспариваются управляющим. Практически все они отменяются.
  • члены семьи физлица, в виду контроля со стороны финуправляющего за бюджетом должника, лишаются комфортного существования. Им приходится привыкать к новой жизни, снижая уровень своих запросов и трат.

Их риски могут зависеть от индивидуальности жизненной ситуации, особенностей взаимоотношений с должником, имущественно-экономических связей пр.

При банкротстве физических лиц последствия для должника не всегда столь очевидны и предсказуемы. Часто поведение гражданина может стать причиной неприятных неожиданностей. Законами предусмотрена уголовная ответственность для неплательщика:

Когда гражданин подводит состояние своих дел под признаки несостоятельности, но при этом он мог бы не допустить этого (ст. 196 Уголовного кодекса РФ).

Должник, создав видимость отсутствия финансов, обращается с заявлением в суд для возбуждения процедуры, хотя на самом деле он достаточно состоятелен (ст. 197 УК РФ). Преследуемая цель: получить отсрочку по уплате долгов на время введения процедуры или вовсе списание (прощение) недоимок.

Махинации с имуществом (утаивание от кредиторов, тайная продажа, умышленное уничтожение и пр.), расчеты с отдельным кредитором в ущерб другим (вне очереди, без соблюдения пропорциональности и т.п.), незаконные противодействия арбитражному управляющему (ст. 195 Уголовного закона).

  • Преступления считается совершенным, если действия нарушителя причиняют кредиторам ущерб более 1,5 млн. руб.
  • Если убытки меньше, то могут привлечь к административной ответственности по статьям 14.12., 14.13 КоАП РФ.
  • Так же к уголовной (ст. 159.1 УК РФ) или административной ответственности (ст. 14.11 КоАП РФ) могу привлечь за факт утаивания от банков и прочих займодавцев информации о банкротных событиях в жизни гражданина.

Миновать правовые последствия банкротства физлица, открыто предусмотренные законом, удастся вряд ли. Поэтому каждый стоящий в преддверии выбора должен взвесить, что для него выгоднее: инициировать процедуру или не затевать эту игру. Это и есть основное правило, как избежать негативных результатов дела о несостоятельности, то есть нужно определиться для самого себя которое из двух зол меньшее.

Что касается скрытых угроз при прохождении процедуры, то следует придерживаться нескольких простых принципов, чтобы не угодить впросак:

  • Не пытайтесь фальсифицировать документы , подтасовывать обстоятельства (для создания видимости наличия несостоятельности), незаконно манипулировать собственностью (для её увода от кредиторов) и пр. За процедурой следят как кредиторы, так и управляющий. Все они имеют свои интересы, не всегда совпадающие с должником. Поэтому если им дать только повод, то из этого может возникнуть конфликт и большие проблемы;
  • Не отдавайте приоритет какому-либо из кредиторов , так как ущемленные права других могут привести к попыткам возбуждения в отношении Вас уголовного дела или дела об административном правонарушении;
  • Не вступайте в сговор с арбитражным управляющим . Некоторые из них (в основном управляющие порядочные и честные люди) склонны к авантюризму и криминалу. Для них это всего лишь очередной заработок, а для Вас серьезный этап в жизни;
  • Дотошно следите за ведением дела , вникайте во все детали и подробности, участвуйте на всех заседаниях и собраниях. Таким контролем Вы исключите заговоры за Вашей спиной. Пусть Вы не будет понимать значение многих событий, но сам факт Вашего присутствия будет отбивать желание злоупотреблять своим положением, как управляющему, так и отдельному кредитору.

Такой термин как «банкротство» в последнее время слишком часто на слуху, поэтому многие к нему привыкли, и даже начали разбираться в особенностях процедуры признания финансовой несостоятельности по отношению к физическим, юридическим лицам или индивидуальным предпринимателям.

Однако бывает еще и государственное банкротство, и это серьезный процесс, подразумевающий массу осложнений, и в нем необходимо разбираться, хотя бы в основных моментах, чтобы знать, как распорядиться имеющимися средствами с наибольшей выгодой для себя или, точнее, с наименьшей потерей.

Когда страна не может выполнять обязательства перед кредиторами, она может быть признана банкротом. Суть данного процесса везде одинакова, но если государство признает финансовую несостоятельность, то, конечно же, не назначается новое руководство и имущество не продается, как в остальных вариантах банкротства – выход из ситуации существенно отличается.

Банкротство страны – это дефолт, и данный термин слышали многие. Практически каждое государство за свою историю сталкивалось с подобным явлением, а в некоторых странах дефолт объявлялся и по нескольку раз. Примерами служат Греция, Испания и Аргентина.

Это интересно:  Что такое банкротство и чем несостоятельность грозит должнику 2019 год

Если государство признает себя финансово несостоятельным выполнить обязательства перед кредиторами, то стандартные этапы банкротства (наблюдение, финансовое оздоровление и т.д.) не применяются, конечно же, а происходит реструктуризация долга. Вариантов в таком случае может быть несколько:

  1. Государство просит дать отсрочку на выплату средств по государственным облигациям.
  2. Держателям облигаций предлагают получить суммы, в несколько раз меньшие от тех, которые им полагаются.

Как первый, так и второй варианты невыгодны для кредиторов, однако в данном случае приходится выбирать, «какое из зол меньшее», поскольку заставить правительство возвращать долги никто не может. В отношении государства иногда вводятся санкции, ведутся судебные тяжбы, но если отдавать нечем, то результата данные действия не принесут.

В первом случае, при предоставлении стране отсрочки для выплаты средств держателям государственных облигаций, они просто начнут падать в цене, и впоследствии правительство сможет выплатить гораздо меньшую сумму. Во втором случае, правительство предложит половину или даже меньшую часть от реальной стоимости гособлигаций, и держатели уже решают, могут они пойти на такой шаг или же нет.

К примеру, Аргентина предлагала держателям своих гособлигаций выкупить их по трети от полной стоимости, но большинство кредиторов отказалось. Дефолт был объявлен в 2001 году, а споры с кредиторами продолжаются до настоящего времени, и конец этой истории явно не близок.

Первым признаком дефолта является резкое снижение курса национальной валюты, которое влечет за собой ряд других факторов – повышение цен, массовые банкротства предприятий, снижение общего уровня жизни внутри страны. Избежать подобного при дефолте не удастся, но можно знать, какие действия должны быть предприняты, чтобы ситуация закончилась с максимальной для себя выгодой.

Когда экономическая ситуация в стране ухудшается, необходимо отказаться от хранения денег в мелких банковских организациях, поскольку они в первую очередь не справляются с проблемами. Старайтесь доверять только компаниям, которые входят в первую 10-ку рейтинга.

Если страна банкрот, то национальная валюта стремительно обесценивается, а потому часть своих сбережений рекомендуется перевести в доллары, евро, фунты и т.д., чтобы обезопасить себя от большой потери денег.

Что касается инвесторов, при появлении возможности объявления банкротства в государстве, где у вас имеются активы, их необходимо выводить, особенно, если подкреплены они гособлигациями.

Признание финансовой несостоятельности государства может спровоцировать «эффект домино», когда о своем банкротстве станут объявлять массово физические и юридические лица.

Физическим лицам спешить предпринимать подобные действия не стоит, поскольку они могут не самым положительным образом сказаться на них – суд может постановить отобрать имущество, и заемщик останется ни с чем. В обязательном порядке следует идти к юристам, спрашивая их совета, поскольку при форс-мажорных обстоятельствах только квалифицированные специалисты смогут разобраться в ситуации, определить положительные и отрицательные стороны для должника, и выбрать наиболее правильное решение, позволяющее заемщику избежать проблем.

В условиях усложнения экономической ситуации физические и юридические лица могут принимать решения, влекущие для них серьезные проблемы. Отказаться необходимо от следующих намерений:

  1. Не стоит банкротить фирму намеренно, поскольку данные действия расцениваются как уголовное преступление в законодательстве любой страны, а потому можно получить за такие действия серьезное наказание. Доказать причастность руководства или учредителей к намеренному приведению организации в состояние финансовой несостоятельности очень просто.
  2. Физические лица, узнав о том, что банк, где они брали кредит, обанкротился, прекращают платить заем, и это тоже необдуманное действие, поскольку оно будет расцениваться как неуплата кредита, и после продажи активов банковской организации, заемщик вынужден будет выплатить весь долг с учетом штрафов и пени.
  3. В интернете можно встретить немало советов, как поступать, если наступает банкротство государства, отдельного банка или компании. Как показывает практика, следование таким советам ведет к ухудшению положения должника. Верить можно только профессиональным юристам.

Прошел год с тех пор, как процедура банкротства стала применяться к должникам — физическим лицам. Вопреки ожиданиям, что все должники попадут в банкротство и обрушат финансовую систему страны, популярной среди не способных обслуживать свои кредиты граждан эта процедура не стала и в большинстве случаев инициируется кредиторами в отношении довольно состоятельных должников, как правило, поручителей по коммерческим кредитам. Газета «Экономика и жизнь» совместно с Торгово-промышленной палатой РФ, Институтом развития гражданского законодательства организовала круглый стол «Банкротство физических лиц. Формирование судебной практики продолжается. Итоги первого года применения закона», в ходе которого эксперты, представители системных кредиторов и арбитражных управляющих обсудили проблемы применения процедуры, а также что может сделать ее более доступной и востребованной у должников.

Условия банкротства неприемлемы ни для граждан, ни для арбитражных управляющих (далее — АУ). Для граждан процедура дорога и сложна, а управляющие считают, что баланс доходов и финансовых рисков сложился далеко не в их пользу, и работать не хотят. К таким выводам пришли участники круглого стола. Для каких же физических лиц по факту законодатель ввел банкротство?

Илья Ильин, руководитель направления реструктуризации долгов граждан правового бюро «Олевинский, Буюкян и партнеры», нарисовал портрет типичного российского гражданина — банкрота. Это мужчина, 46 лет, только в 17% случаев он сам подает заявление на банкротство, в 99% случаев процедура в отношении него завершается реализацией имущества. При этом обеспеченность требований кредиторов его имуществом в ходе процедуры реализации в среднем составляет 0,77%, в результате средний размер погашения кредиторам, включенным в реестр, — лишь 0,58% от суммы долга. На вознаграждение арбитражным управляющим и привлеченным ими лицам тратится 15% конкурсной массы, но 83% процедур заканчиваются неполной выплатой, в более чем половине таких случаев — вообще без вознаграждения.

Средняя взысканная с гражданина задолженность составляет 8,6 млн руб., еще в июле она была 24 млн руб.; это говорит о том, что масса задолжавших банкам граждан все еще не решаются на банкротство, и пока фигуранты дел — это бывшие участники списка «Форбс», поручители по коммерческим кредитам своего бизнеса, а также те, кто потерял возможность обслуживать большой автокредит и ипотеку.

Ожидавшиеся полмиллиона граждан в процедуру банкротства не ринулись, потому что должник в ней категорически не защищен, объяснила Елена Авакян, советник адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры». Финансовый управляющий не имеет цели хоть каким-то способом защитить его интересы и подходит к реализации имущества должника со всеми теми пороками, которые есть в процессе исполнительного производства, реализуя имущество за бесценок.

К тому же вследствие того, что адвокатский гонорар не может быть внеочередным взысканием и удовлетворяться за счет имущества кредитора до любых других платежей, должник фактически лишен юридической помощи. Поэтому в большинстве случаев адвокат в дело по банкротству привлекается кредитором для оспаривания сделок и розыска имущества, оспаривания сделок семьи и попыток обратить взыскание на ее имущество.

Получается, что при отсутствии финансового образования и правовых возможностей у гражданина-должника нет никаких средств и способов предотвратить полное свое разорение по самому негативному варианту. И закон его совершенно не защищает. Единственный возможный плюс для должника в процедуре — это освобождение от долгов, но, как мы видим из судебной практики, шанс на это пока невелик.

В результате российские граждане идут в банкротство, только когда им категорически нечего терять. Либо пытаются имитировать такую ситуацию.

Проанализировав 1036 имеющихся финальных отчетов, И. Ильин обнаружил, что в 56% случаев сразу производилась реализация имущества, а в оставшихся 44% попыток провести процедуру реструктуризации 43% все равно завершились торгами. Оставшийся 1% завершенных процедур — это всего шесть успешных процедур реструктуризации долгов, завершенных погашением долгов или мировым соглашением.

Рустем Мифтахутдинов, судья ВАС РФ в отставке, доцент кафедры предпринимательского и корпоративного права МГЮУ им. О.Е. Кутафина, предположил, что процедура реструктуризации не стала массовой в том числе и потому, что граждане и суды первой инстанции, по-видимому, пока не восприняли разъяснения постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» о том, что реабилитационная процедура не должна закачиваться погашением долга. И в утверждении плана реструктуризации может быть отказано по причине того, что это не приведет к погашению задолженности.

В поддержку этой позиции высказался и Олег Зайцев, консультант Исследовательского центра частного права им. С.С. Алексеева при Президенте РФ, отметив, что единственный возможный способ сделать так, чтобы тот, кто не может платить свои долги, смог, — это уменьшить долг. Таким образом, реабилитационные процедуры всегда сводятся к скидке с долга, которая, конечно же, должна быть вечной.

Анализ практики показывает, что некоторые судьи не считают банкротство поводом для освобождения гражданина от долгов. По мнению О. Зайцева, это заблуждение связано с тем, что такая возможность появилась в российском праве в 2015 г. впервые. Естественно, судьям сложно применить норму, которой их не учили и по поводу которой нет книг на русском языке и нет еще достаточного количества научных дискуссий. Поэтому и неизбежны ошибки, шокирующие специалистов по банкротству. Например, судья пишет, что у должника заведомо нет имущества, которое пошло бы на выплату кредиторам, а значит, он идет в суд, чтобы освободиться от долгов, чего суд не допустит, поскольку такой цели у банкротства гражданина, как освобождение от долгов, по мнению судьи, нет. Хотя, конечно же, целью банкротства является именно освобождение от долгов добросовестного гражданина.

Это интересно:  Сводка о банкротстве: саратовчане вошли в ТОП-20 по количеству банкротов в регионах 2019 год

Также судьи сейчас могут усмотреть недобросовестность в поведении гражданина до банкротства на том основании, что его ежемесячный платеж был больше, чем размер ежемесячного дохода. Но разве банки, кредитуя гражданина, не знали об этом? Если физическое лицо не обмануло банк в отношении размера своего подтвержденного дохода и, более того, какое-то время обслуживало свой долг, вряд ли его можно считать недобросовестным. Банкротство гражданина как раз призвано стимулировать кредитование и предоставлять выход в ситуации, когда это привело к невозможности обслуживать задолженность. Качество среднего российского заемщика таково, что если банки будут выдавать кредиты только обеспеченным гражданам, доход которых в разы превышает ежемесячный платеж по кредиту, то большинству банков придется закрыться, потому что им просто негде будет размещать свою ликвидность.

О. Зайцев обратил внимание, что Арбитражный суд Уральского округа начал переламывать такую практику и первым на уровне кассации сказал, что само по себе обращение в суд с целью освободиться от долгов нормально, в этом нет ничего недобросовестного. И если средства на расходы есть, то надо вводить процедуру, даже когда заранее понятно, что кредиторы в ней, скорее всего, ничего не получат.

Зато в ситуации банкротства супругов, обладающих общим имуществом, российские суды проявили прогрессивный подход, в то время как в Федеральном законе от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» появился лишь усеченный вариант (п. 7 ст. 213.26). Согласно этой норме в деле о банкротстве, к примеру, мужа можно обратить взыскание на общее имущество супругов, при этом в обсуждении вопросов реализации будет участвовать жена. Выручка от реализации будет направлена на общие долги, и только то, что останется после удовлетворения общих долгов, достанется жене.

Несмотря на то что процедура банкротства общего имущества супругов попала в закон в самом примитивном виде, не прошло и двух месяцев с начала его действия, как суды в разных регионах стали вводить объединенные с процессуальной точки зрения процедуры банкротства. Хорошо, по мнению О. Зайцева, и то, что пока это чисто процессуальная консолидация: единое дело о банкротстве с одним номером, с одним судьей, который его будет рассматривать и в одном судебном заседании обсуждать установление общего кредитора и порядок продажи. При этом материальной консолидации не происходит: общим в процедуре банкротства будет только то имущество, которое было общим и вне ее. Полноценного слияния конкурсных масс и реестров не происходит, личное имущество и личные кредиторы не сливаются.

Правда, в начале 2016 г. года произошла опасная для банкротства, как считает О. Зайцев, перемена презумпции в вопросе общего долга: теперь кредитор должен доказывать, что полученные должником средства были истрачены на нужды семьи. До этого презюмировалось, что все полученное в период брака было использовано на нужды семьи, а значит является частью общих активов и пассивов. Случившийся поворот может затруднить банкротство супругов, считает О. Зайцев. Но надеется, что арбитражные суды, которые хоть и не имели опыта в семейном праве, но зато поднаторели в раскрытии схем мошенничества и жульничества в банкротстве, гражданам будет трудно провести и «кинуть» кредиторов с помощью супругов, которые как бы не подписывали согласие на поручительство или оформление кредитов, притом что семья, например, жила на доходы от бизнеса, на развитие которого и были привлечены заемные средства.

Евгений Суворов, преподаватель МГЮУ им. О.Е. Кутафина, указал на то, что когда тело долга большое, а конкурсная масса мизерная, это, как правило означает, что остальные ее составляющие где-то «гуляют», и ключевой вопрос, как их найти и вернуть в конкурсную массу. В случае банкротства юридического лица можно проследить, куда ушло имущество. В случае с гражданами это гораздо труднее. Придется учиться находить активы, оспаривать покупку гражданином какого-либо имущества на другое лицо (доверенное, подставное, номинального держателя) и доказывать вывод активов в отсутствие доказательств. Три примера из банкротных дел: один гражданин подарил имущество маме, второй накануне банкротства заключил с соседом мнимый договор займа и по нему отдал в залог свои активы, а в третьем случае, когда сделку должника начали оспаривать, контрагент перепродал приобретенный актив дальше.

Не будет ли оспаривание сделок граждан угрозой для стабильности оборота? Е. Суворов считает, что точно не в ближайшее время. Судам будет нелегко отделить притворные сделки граждан по уводу активов от их обычной хозяйственной деятельности. Ведь это понятие малоприменимо к должнику-гражданину. Хозяйственной деятельности у него может вовсе не быть, а кредит он мог просто потратить на неотложные, но повседневные нужды. Можно говорить о среднем стандарте поведения потребительского агента и решить, что для такого агента не надо оспаривать, например, оплату услуг химчистки, считает Е. Суворов.

В рамках банкротства почти во всех юрисдикциях оспариваются сделки и преференционные платежи отдельным кредиторам, нарушающие принцип их равенства. Тем, кому были совершены выплаты в обход других кредиторов, и приходится возвращать их в конкурсную массу. Но есть и способы защитить сделки. Это, во-первых, добросовестность в период от месяца до шести, если речь идет об оспаривании преимущественного удовлетворения; во-вторых, соответствие совершенных сделок критериям обычной хозяйственной деятельности; в-третьих, одномоментный обмен равноценными эквивалентами. Если по третьему инструменту практика на уровне ВС РФ только формируется, то по остальным в отношении юридических лиц она вполне обширна. За последние два года восемь месяцев, подсчитал Е. Суворов, было вынесено 180 окончательных постановлений по делам о банкротстве (всех лиц), 45 из которых касаются оспаривания. Пока что кредиторы, которым было уплачено, а потом пришло требование вернуть все в конкурсную массу и поделить с остальными, страдают в большей мере, чем должны были бы, но практика ВС РФ постепенно все больше расширяет области защиты оборота, утверждает Е. Суворов.

Итак, процедура банкротства доступна только тем, у кого есть средства и с кем управляющий соглашается работать благодаря заметным активам. Но массовый адресат процедуры — тот, у кого долги исчисляются максимум шестизначным числом и нет активов, но для него процедура недоступна. Минэкономразвития России приступило к разработке законопроекта об упрощенной процедуре банкротства. Какой же она должна быть?

Эдуард Олевинский, руководитель рабочей группы Союза СРО арбитражных управляющих по подготовке предложений по совершенствованию положений Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ, регулирующих банкротство гражданина, считает, что процедура должна начинаться с обращения в суд с заявлением, продолжаться работой арбитражного управляющего по раскрытию информации и сбору необходимых суду для рассмотрения дела доказательств и проверки соответствия критериям упрощенной процедуры. К тому моменту, как срок, отпущенный на сбор материалов и поступление возражений против упрощенной процедуры, подходит к концу, собранный материал поступает в суд, который рассматривает его по стандартизованным формам. С помощью профессиональных участников рынка, сообщивших, что у них есть активы банкрота, суд, рассматривая вопрос, банкрот гражданин или нет, одновременно утверждает условия продажи и исключения из конкурсной массы в целях защиты интересов иждивенцев банкрота. Следом проходит простая, не обжалуемая процедура реализации активов, а все разногласия по распределению денег решаются в момент слушания судом отчета, который в завершение публикуется.

Сейчас управляющий тратит львиную долю времени на исполнение функций, не связанных с выявлением активов и обязательств, и ведет процедуру банкротства гражданина индивидуально, каждый раз по отдельному плану мероприятий, совершая множество действий, которые не нужны в ситуации, когда у должника нет активов.

Упрощенная процедура предлагает организационное решение, которое позволит эффективно и массово вести такие процедуры и сделает их дешевыми, удобными и доступными для граждан.

Если процедура будет проходить совсем без управляющего, то, по мнению И. Рыкова, возрастет нагрузка на суды, поскольку им придется самим разбираться в первичной информации для того, чтобы сделать какие-то выводы. К тому же для них процедура дешевле не станет: придется тратиться на нотариусов и электронно-цифровую подпись.

Если же против упрощенной процедуры в отношении должника, подпадающего под ее критерии, будут возражать кредиторы, то они и должны оплачивать полноценную процедуру.

В связи с введением упрощенной процедуры неизбежно повысится риск злоупотреблений со стороны граждан: найдутся олигархи, которые захотят обанкротиться именно таким образом, предоставив липовые документы, чтобы попасть под критерии процедуры. Чтобы это предотвратить, надо ввести уголовную ответственность за предоставление недостоверных сведений суду и установить срок, в который возможно отменить списание долгов в случае обнаружения факта предоставления подделанных данных.

Идея упрощенной процедуры в том, чтобы снизить ответственность и обязанности арбитражных управляющих, которые слишком велики в сравнении с вознаграждением. При этом общую процедуру надо уравнять с банкротством юридических лиц, поскольку обязанностей управляющих в ней даже больше, чем в последней. Тогда баланс интересов граждан и арбитражных управляющих будет восстановлен и закон заработает, полагает Михаил Василега, председатель Общероссийского профсоюза арбитражных управляющих.

Презентации отдельных докладчиков круглого стола

Статья написана по материалам сайтов: pravo.ru, juresovet.ru, bankrothelp.ru, www.eg-online.ru.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector