+7 (499) 938-69-47  Москва

+7 (812) 467-45-73  Санкт-Петербург

8 (800) 511-49-68  Остальные регионы

Бесплатная консультация с юристом!

ВС РФ разъяснил судам, как правильно продавать общее имущество супругов в деле о банкротстве 2019 год

15.08.2018г. ИНТЕРФАКС — При наличии у супругов общих обязательств, обеспеченных общей недвижимостью, это имущество продается в деле о банкротстве того из супругов, который выступал залогодателем и указан в реестре в качестве управомоченного лица, пояснил Верховный суд (ВС) РФ в определении, опубликованном в картотеке арбитражных дел.

Ирина Батырева обратилась в Арбитражный суд Москвы, чтобы признать незаконным бездействие конкурсного управляющего в деле о ее банкротстве. По ее словам, управляющий выставил на торги ее московскую квартиру, находящуюся в залоге у банка ВТБ (MOEX: VTBR), но не опубликовал уведомление об этом на Федресурсе. И.Батырева также просила принять обеспечительные меры и запретить продажу квартиру.

Суд установил, что эта квартира является совместной собственностью супругов Ирины и Сергея Батыревых. 25 августа 2016 года Арбитражный суд Ульяновской области признал С.Батырева банкротом и освободил его от обязательств перед кредиторами. С учетом этого суды решили, что обращение взыскания на долю С.Батырева в совместной собственности неправомерно. Суды всех трех инстанций признали действия управляющего незаконными, после чего он обжаловал эти решения в Верховном суде.

Суды должны были решить, можно ли в деле о банкротстве граждан применить положения п. 4 ст. 138 закона о банкротстве (продажа предмета залога) из главы о конкурсном производстве юридических лиц. В случае положительного ответа судам следовало проверить, была ли публикация, отметил Верховный суд.

Суды решили, что эта норма при банкротстве граждан не применяется, тем более, что все необходимые сведения были опубликованы в сообщении о проведении торгов. В то же время суд первой инстанции удовлетворил жалобу на бездействие управляющего, то есть фактически пришел к выводу, что управляющий не имел права проводить торги, так как собственником спорной квартиры был также муж должника. Однако в жалобе на действия управляющего И.Батырева не подвергала сомнению возможность реализации квартиры на торгах, а лишь отмечала, что не получила сведения об условиях проведения торгов, говорится в определении.

Фактически суд не рассмотрел спор по существу, а рассмотрел требование, которое не было заявлено, пришел к выводу ВС. Апелляция и кассация согласились с выводом о незаконности выставления имущества на торги. При этом мотивировочные части постановлений содержат лишь выводы о том, что эта норма не применяется при банкротстве граждан, что, по сути, должно было бы свидетельствовать о законности действий управляющего, отметил Верховный суд.

Следовательно, содержания резолютивных и мотивировочных частей постановлений судов апелляционной инстанции и округа противоречат друг другу. Более того, доводы жалоб о выходе судом первой инстанции за пределы заявленных требований просто проигнорированы судами апелляционной инстанции и округа», — говорится в определении. По мнению ВС, все три суда нарушили процессуальные нормы.

Фактически в законную силу вступило решение о недопустимости проведения торгов в отношении спорного имущества ввиду нахождения квартиры в совместной собственности супругов. Квартира супругов была передана в залог банку ВТБ для обеспечения кредитных обязательств ООО «Фабрика мебели «Добрый стиль», залогодателем по договору ипотеки выступала И.Батырева. Также в обеспечение кредита она и ее муж выдали поручительство, что свидетельствует об общем характере их обязательств, указал ВС.

Делая вывод о недопустимости реализации квартиры в настоящем деле о банкротстве, суд первой инстанции указал на освобождение С.Батырева от долгов в деле о его банкротстве, однако этот вывод сделан без учета того, что процедура его банкротства как ИП проходила по правилам, действовавшим до 1 октября 2015 года, отметил Верховный суд. По его мнению, суд не исследовал, носил ли долг перед банком предпринимательский характер и был ли он включен в реестр.

При наличии у супругов общих обязательств, обеспеченных общей недвижимостью, такое имущество по общему правилу подлежит реализации в деле о банкротстве того из супругов, который в публичном реестре указан в качестве управомоченного лица и выступал по договору в качестве залогодателя. Поскольку ни денежное, ни залоговое обязательства И.Батыревой перед банком не прекратились, спорную квартиру можно продать на торгах независимо от того, правильно ли судом первой инстанции установлен факт освобождения ее супруга от долга перед этим кредитором, говорится в определении. Вопрос о порядке распределения средств за продажу заложенного имущества, стороны на рассмотрение суда не ставили, заключил ВС.

ВС РФ отменил решения судов и вернул дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Москвы.

Банкротство супругов становится все более распространенным явлением в нашей стране и в этой связи определение ВС РФ важно для решения вопроса о порядке реализации общего имущества при конкуренции банкротных дел, рассказал «Интерфаксу» советник Saveliev, Batanov & Partners Радик Лотфуллин. По словам, этот кейс иллюстрирует необходимости законодательного установления института совместного банкротства супругов, т.е. их банкротства в рамках одного арбитражного дела.

В этом деле ВС недвусмысленно указывает нижестоящим судам, что действующие нормы о банкротстве гражданина требуют реализации совместного имущества супругов без его предварительного раздела, то есть последовательно проводит прокредиторскую линию, считает партнер коллегии адвокатов «Барщевский и партнеры» Павел Хлюстов.

«Если ранее при реализации совместного имущества предпринимателя-банкрота требовался его предварительный раздел и обращение производилось лишь на долю банкрота, то теперь обращение производится полностью, с последующей компенсацией доли в денежном эквиваленте. Это серьезно ущемляет интересы второго супруга, который в итоге принудительно лишается доли в имуществе и рискует не получить за нее рыночную компенсацию», — считает он.

17.08.18г. ИНТЕРФАКС — Верховный суд (ВС) РФ признал право арбитражного управляющего на обжалование частного определения суда, хотя Арбитражный процессуальный кодекс такой возможности не предусматривает. Восстановление нарушенных прав проходит через обжалование незаконного и необоснованного судебного акта, и лишение управляющего такой возможности ограничивает его право на судебную защиту, гарантированное Конституцией, пояснил ВС в определении, опубликованном в картотеке арбитражных дел.

Арбитражный суд Республики Алтай 9 декабря 2016 года признал индивидуального предпринимателя Романи Панчулидзе банкротом и ввел процедуру реализации имущества гражданина, утвердив Бориса Степанова финансовым управляющим. В августе 2017 года суд признал обоснованным заявление другого лица — Олега Догадина — о намерении удовлетворить требования кредиторов и закрыл дело о банкротстве.

Из материалов дела следует, что О.Догадин неоднократно обращался к Б.Степанову, чтобы тот открыл спецсчет для перечисления средств, но управляющий указывал лишь реквизиты счета суда, и только 10 июля 2017 года предоставил реквизиты специального счета.

Это интересно:  Диагностика банкротства: основные этапы и модели 2019 год

6 июля Б.Степанов, несмотря на наличие в суде заявления третьего лица о намерении погасить долг, назначил повторные торги части имущества должника. Несмотря на то, что 8 августа 2017 года суд запретил Б.Степанову проводить эти торги, управляющий все равно начал прием заявок, а торги отменили только на следующий день.

11 июля О.Догадин подал в суд заявление о погашении долга перед кредиторами и о прекращении производства по делу, а 12 июля суд по ходатайству должника принял обеспечительные меры и запретил финансовому управляющему проводить торги по реализации имущества, назначенные на 17 июля.

Б.Степанов проигнорировал это определение суда и заключил договор купли-продажи земельного участка с единственным участником торгов Светланой Коршук. Она произвела полный расчет по договору, и управляющий в тот же день сдал его в Управление Росреестра по Республике Алтай для регистрации права собственности на земельный участок, отметил Арбитражный суд Республики Алтай. То есть, Б.Степанов с учетом его явной осведомленности о наложенной судом мере, продолжал последовательно и целенаправленно проводить мероприятия по реализации имеющего у должника имущества, говорится в определении.

По мнению суда, Б.Степанов, зная о том, что 10 июля на спецсчет поступили деньги от О.Догадина для погашения всех требований кредиторов, должен был самостоятельно приостановить торги, назначенные как на 17 июля, так и на 25 сентября. Суд указал, что управляющий не принимает своевременных мер по устранению нарушений, а «лишь подает необоснованные апелляционные жалобы на определения о принятии обеспечительных мер, отмене обеспечительных мер (24.08.2017 принятые меры были отменены судом), ссылаясь на то, что наличие заявления третьего лица о намерении погасить все требования кредиторов должника не является препятствием для реализации имущества, включенного в конкурсную массу».

Суд отреагировал на такие действия арбитражного управляющего частным определением, которое он может выносить по собственной инициативе в соответствии со ст. 188.1 АПК, если выявляет нарушения законодательства.

Суд предписал руководителям Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления» и Управления Росреестра по Алтайскому краю обратить внимание на нарушения, допущенные арбитражным управляющим, и принять меры.

По мнению суда, Б.Степанов проявил свою недобросовестность и не принял мер по сохранности имущества должника, помог вывести имущество из конкурсной массы, нарушил интересы должника и кредиторов.

Управляющий подал апелляцию, но суды оставили ее без рассмотрения, указав, что возможность обжалования частного определения законом не предусмотрена и это определение не препятствует дальнейшему движению дела. Б.Степанов обратился в Верховный суд.

По смыслу положений статьи 188.1 АПК институт частного определения направлен на устранение нарушений законности органами публичной власти, должностными и иными лицами, которые выявлены арбитражным судом в ходе судебного процесса; эта норма не предусматривает обжалование, отметил Верховный суд. Вместе с тем, поскольку частное определение непосредственно затрагивает права и законные интересы лиц, в отношении которых оно вынесено, у них должна быть возможность представить свои возражения, оговаривает ВС.

В этом кейсе частное определение содержит выводы о недобросовестном исполнении Б.Степановым своих обязанностей, что умаляет его авторитет как профессионала и влечет для него правовые последствия, вплоть до утраты статуса арбитражного управляющего, хотя в рамках дела о банкротстве жалобы на его действия не рассматривались, говорится в определении.

Поскольку восстановление нарушенных прав и законных интересов лица осуществляется через обжалование незаконного и необоснованного судебного акта, лишение Б.Степанова такой возможности ограничивает его право на судебную защиту, гарантированное Конституцией, заключил ВС. Верховный суд отменил решения апелляции и кассации и вернул спор в апелляцию для рассмотрения по существу.

Это очень важное разъяснение ВС для арбитражных управляющих, позволяющее им обжаловать частные определения суда, говорит партнер коллегии адвокатов «Барщевский и партнеры» Павел Хлюстов. «Законодатель ввел институт частных определений в арбитражном процессе, но забыл установить порядок их обжалования заинтересованными лицами. Это привело к неопределенности в возможности самостоятельного обжалования частного определения, вне связи с обжалованием судебного акта по существу, то есть фактически сделало управляющих беззащитными против усмотрения суда. Такое определение затем могло стать веским основанием для отстранения управляющего от дела или даже его дисквалификации», — рассказал он в интервью «Интерфаксу».

По его словам, ситуация усугубляется тем, что суд может вынести частное определение и после окончательного рассмотрения спора, т.е. хронологически позже, чем будет принято решение по спору.

Андрей Портиков* задолжал АО «Россельхозбанк» деньги, в связи с чем суд признал его банкротом и ввел процедуру реализации имущества. После этого его супруга Нина* решила разделить совместно нажитое имущество. Она обратилась к мужу, но получила отказ. Тогда Нина подала в суд иск, в котором просила разделить совместно нажитое имущество и признать право собственности на ее долю. Общих несовершеннолетних детей, как и общих долгов, у них нет. Михайловский районный суд Рязанской области производство по ее заявлению прекратил, Рязанский областной суд с ним согласился. Они указали: закон не допускает рассмотрения судом общей юрисдикции дела о разделе имущества между супругами после признания гражданина банкротом; при этом второй супруг может получить свою долю из общей собственности только в виде денег, вырученных от реализации совместно нажитого имущества. Суды исходили из того, что разрешение заявленных Ниной требований возможно лишь путём её участия в деле о банкротстве в качестве кредитора.

ИСТЕЦ: Нина Портикова*

ОТВЕТЧИК: Андрей Портиков*

СУТЬ СПОРА: О разделе совместно нажитого имущества и признании права собственности на долю в совместно нажитом имуществе при банкротстве одного из супругов

РЕШЕНИЕ СУДА: Определения нижестоящих судов отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции

После таких противоречивых ответов Нина решила обжаловать акты судов общей юрисдикции в Верховном суде. Тот указал: подведомственность дел между судами общей юрисдикции и арбитражными судами определяется с учётом характера спорных правоотношений и их субъектного состава. Учитывая, что специальными нормами закона о банкротстве прямо не предусмотрено рассмотрение арбитражными судами споров, связанных с разделом общего имущества супругов, следует руководствоваться нормами гражданского процессуального права. Согласно п. 1 ч. 1 ст. 22 ГПК, к компетенции судов общей юрисдикции относятся в том числе исковые дела по спорам, возникающим из семейных правоотношений, как у Портиковых. ВС решил: возбуждение процедуры банкротства гражданина не означает, что все споры, связанные с формированием конкурсной массы, подлежат рассмотрению арбитражными судами. Иск Нины заявлен не в рамках требований в качестве кредитора по вопросам, связанным с реализацией общего имущества, а основан на положениях гражданского и семейного законодательства. При таких обстоятельствах, считает ВС, нижестоящие суды не имели законных оснований для прекращения производства по делу в связи с его неподведомственностью. Поэтому ВС отменил ранее вынесенные акты и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции (№ б-КП 8-1).

Это интересно:  Закон о банкротстве: главные понятия и последние поправки 2019 год

Мнения экспертов относительно этого решения разошлись. «ВС вполне обоснованно отменил судебные акты нижестоящих инстанций и разъяснил, что раздел имущества с участием стороны-банкрота производится на общих основаниях. Раздел совместного имущества – это защита прав и интересов супруга, а банкротные процедуры – защита прав и интересов кредиторов супруга-должника», – отметил руководитель проектов АБ «S&K Вертикаль» Игорь Запольский. «Подход ВС согласуется с разъяснениями Пленума ВАС № 51, сделанными еще в 2011 году в отношении раздела нажитого в браке имущества индивидуальных предпринимателей, находящихся в банкротстве. Я надеюсь, определение ВС выправит практику судов общей юрисдикции, которые до сих пор зачастую отказываются рассматривать иски о разделе нажитого в браке имущества граждан, в отношении которых ведется дело о банкротстве», – сообщила юрист «ФБК Право» Анастасия Суворова.

* имя и фамилия изменены редакцией

При наличии у супругов общих обязательств, обеспеченных общей недвижимостью, это имущество продается в деле о банкротстве того из супругов, который выступал залогодателем и указан в реестре в качестве управомоченного лица, пояснил Верховный суд (ВС) РФ в определении, опубликованном в картотеке арбитражных дел.

Ирина Батырева обратилась в Арбитражный суд Москвы, чтобы признать незаконным бездействие конкурсного управляющего в деле о ее банкротстве. По ее словам, управляющий выставил на торги ее московскую квартиру, находящуюся в залоге у банка ВТБ (MOEX: VTBR), но не опубликовал уведомление об этом на Федресурсе. И.Батырева также просила принять обеспечительные меры и запретить продажу квартиру.

Суд установил, что эта квартира является совместной собственностью супругов Ирины и Сергея Батыревых. 25 августа 2016 года Арбитражный суд Ульяновской области признал С.Батырева банкротом и освободил его от обязательств перед кредиторами. С учетом этого суды решили, что обращение взыскания на долю С.Батырева в совместной собственности неправомерно. Суды всех трех инстанций признали действия управляющего незаконными, после чего он обжаловал эти решения в Верховном суде.

Суды должны были решить, можно ли в деле о банкротстве граждан применить положения п. 4 ст. 138 закона о банкротстве (продажа предмета залога) из главы о конкурсном производстве юридических лиц. В случае положительного ответа судам следовало проверить, была ли публикация, отметил Верховный суд.

Суды решили, что эта норма при банкротстве граждан не применяется, тем более, что все необходимые сведения были опубликованы в сообщении о проведении торгов. В то же время суд первой инстанции удовлетворил жалобу на бездействие управляющего, то есть фактически пришел к выводу, что управляющий не имел права проводить торги, так как собственником спорной квартиры был также муж должника. Однако в жалобе на действия управляющего И.Батырева не подвергала сомнению возможность реализации квартиры на торгах, а лишь отмечала, что не получила сведения об условиях проведения торгов, говорится в определении.

Фактически суд не рассмотрел спор по существу, а рассмотрел требование, которое не было заявлено, пришел к выводу ВС. Апелляция и кассация согласились с выводом о незаконности выставления имущества на торги. При этом мотивировочные части постановлений содержат лишь выводы о том, что эта норма не применяется при банкротстве граждан, что, по сути, должно было бы свидетельствовать о законности действий управляющего, отметил Верховный суд.

«Следовательно, содержания резолютивных и мотивировочных частей постановлений судов апелляционной инстанции и округа противоречат друг другу. Более того, доводы жалоб о выходе судом первой инстанции за пределы заявленных требований просто проигнорированы судами апелляционной инстанции и округа», — говорится в определении. По мнению ВС, все три суда нарушили процессуальные нормы.

Фактически в законную силу вступило решение о недопустимости проведения торгов в отношении спорного имущества ввиду нахождения квартиры в совместной собственности супругов. Квартира супругов была передана в залог банку ВТБ для обеспечения кредитных обязательств ООО «Фабрика мебели «Добрый стиль», залогодателем по договору ипотеки выступала И.Батырева. Также в обеспечение кредита она и ее муж выдали поручительство, что свидетельствует об общем характере их обязательств, указал ВС.

Делая вывод о недопустимости реализации квартиры в настоящем деле о банкротстве, суд первой инстанции указал на освобождение С.Батырева от долгов в деле о его банкротстве, однако этот вывод сделан без учета того, что процедура его банкротства как ИП проходила по правилам, действовавшим до 1 октября 2015 года, отметил Верховный суд. По его мнению, суд не исследовал, носил ли долг перед банком предпринимательский характер и был ли он включен в реестр.

При наличии у супругов общих обязательств, обеспеченных общей недвижимостью, такое имущество по общему правилу подлежит реализации в деле о банкротстве того из супругов, который в публичном реестре указан в качестве управомоченного лица и выступал по договору в качестве залогодателя. Поскольку ни денежное, ни залоговое обязательства И.Батыревой перед банком не прекратились, спорную квартиру можно продать на торгах независимо от того, правильно ли судом первой инстанции установлен факт освобождения ее супруга от долга перед этим кредитором, говорится в определении. Вопрос о порядке распределения средств за продажу заложенного имущества, стороны на рассмотрение суда не ставили, заключил ВС.

ВС РФ отменил решения судов и вернул дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Москвы.

Банкротство супругов становится все более распространенным явлением в нашей стране и в этой связи определение ВС РФ важно для решения вопроса о порядке реализации общего имущества при конкуренции банкротных дел, рассказал «Интерфаксу» советник Saveliev, Batanov & Partners Радик Лотфуллин. По словам, этот кейс иллюстрирует необходимости законодательного установления института совместного банкротства супругов, т.е. их банкротства в рамках одного арбитражного дела.

В этом деле ВС недвусмысленно указывает нижестоящим судам, что действующие нормы о банкротстве гражданина требуют реализации совместного имущества супругов без его предварительного раздела, то есть последовательно проводит прокредиторскую линию, считает партнер коллегии адвокатов «Барщевский и партнеры» Павел Хлюстов. «Если ранее при реализации совместного имущества предпринимателя-банкрота требовался его предварительный раздел и обращение производилось лишь на долю банкрота, то теперь обращение производится полностью, с последующей компенсацией доли в денежном эквиваленте. Это серьезно ущемляет интересы второго супруга, который в итоге принудительно лишается доли в имуществе и рискует не получить за нее рыночную компенсацию», — считает он.

Это интересно:  ВС РФ может усилить борьбу с фиктивными долгами в делах о банкротствах 2019 год

Использованы материалы Новостной ленты «Интерфакс»

Москва. 15 августа. ИНТЕРФАКС — При наличии у супругов общих обязательств, обеспеченных общей недвижимостью, это имущество продается в деле о банкротстве того из супругов, который выступал залогодателем и указан в реестре в качестве управомоченного лица, пояснил Верховный суд (ВС) РФ в определении, опубликованном в картотеке арбитражных дел.

Ирина Батырева обратилась в Арбитражный суд Москвы, чтобы признать незаконным бездействие конкурсного управляющего в деле о ее банкротстве. По ее словам, управляющий выставил на торги ее московскую квартиру, находящуюся в залоге у банка ВТБ (MOEX: VTBR), но не опубликовал уведомление об этом на Федресурсе. И.Батырева также просила принять обеспечительные меры и запретить продажу квартиру.

Суд установил, что эта квартира является совместной собственностью супругов Ирины и Сергея Батыревых. 25 августа 2016 года Арбитражный суд Ульяновской области признал С.Батырева банкротом и освободил его от обязательств перед кредиторами. С учетом этого суды решили, что обращение взыскания на долю С.Батырева в совместной собственности неправомерно. Суды всех трех инстанций признали действия управляющего незаконными, после чего он обжаловал эти решения в Верховном суде.

Суды должны были решить, можно ли в деле о банкротстве граждан применить положения п. 4 ст. 138 закона о банкротстве (продажа предмета залога) из главы о конкурсном производстве юридических лиц. В случае положительного ответа судам следовало проверить, была ли публикация, отметил Верховный суд.

Суды решили, что эта норма при банкротстве граждан не применяется, тем более, что все необходимые сведения были опубликованы в сообщении о проведении торгов. В то же время суд первой инстанции удовлетворил жалобу на бездействие управляющего, то есть фактически пришел к выводу, что управляющий не имел права проводить торги, так как собственником спорной квартиры был также муж должника. Однако в жалобе на действия управляющего И.Батырева не подвергала сомнению возможность реализации квартиры на торгах, а лишь отмечала, что не получила сведения об условиях проведения торгов, говорится в определении.

Фактически суд не рассмотрел спор по существу, а рассмотрел требование, которое не было заявлено, пришел к выводу ВС. Апелляция и кассация согласились с выводом о незаконности выставления имущества на торги. При этом мотивировочные части постановлений содержат лишь выводы о том, что эта норма не применяется при банкротстве граждан, что, по сути, должно было бы свидетельствовать о законности действий управляющего, отметил Верховный суд.

«Следовательно, содержания резолютивных и мотивировочных частей постановлений судов апелляционной инстанции и округа противоречат друг другу. Более того, доводы жалоб о выходе судом первой инстанции за пределы заявленных требований просто проигнорированы судами апелляционной инстанции и округа», — говорится в определении. По мнению ВС, все три суда нарушили процессуальные нормы.

Фактически в законную силу вступило решение о недопустимости проведения торгов в отношении спорного имущества ввиду нахождения квартиры в совместной собственности супругов. Квартира супругов была передана в залог банку ВТБ для обеспечения кредитных обязательств ООО «Фабрика мебели «Добрый стиль», залогодателем по договору ипотеки выступала И.Батырева. Также в обеспечение кредита она и ее муж выдали поручительство, что свидетельствует об общем характере их обязательств, указал ВС.

Делая вывод о недопустимости реализации квартиры в настоящем деле о банкротстве, суд первой инстанции указал на освобождение С.Батырева от долгов в деле о его банкротстве, однако этот вывод сделан без учета того, что процедура его банкротства как ИП проходила по правилам, действовавшим до 1 октября 2015 года, отметил Верховный суд. По его мнению, суд не исследовал, носил ли долг перед банком предпринимательский характер и был ли он включен в реестр.

При наличии у супругов общих обязательств, обеспеченных общей недвижимостью, такое имущество по общему правилу подлежит реализации в деле о банкротстве того из супругов, который в публичном реестре указан в качестве управомоченного лица и выступал по договору в качестве залогодателя. Поскольку ни денежное, ни залоговое обязательства И.Батыревой перед банком не прекратились, спорную квартиру можно продать на торгах независимо от того, правильно ли судом первой инстанции установлен факт освобождения ее супруга от долга перед этим кредитором, говорится в определении. Вопрос о порядке распределения средств за продажу заложенного имущества, стороны на рассмотрение суда не ставили, заключил ВС.

ВС РФ отменил решения судов и вернул дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Москвы.

Банкротство супругов становится все более распространенным явлением в нашей стране и в этой связи определение ВС РФ важно для решения вопроса о порядке реализации общего имущества при конкуренции банкротных дел, рассказал «Интерфаксу» советник Saveliev, Batanov & Partners Радик Лотфуллин. По словам, этот кейс иллюстрирует необходимости законодательного установления института совместного банкротства супругов, т.е. их банкротства в рамках одного арбитражного дела.

В этом деле ВС недвусмысленно указывает нижестоящим судам, что действующие нормы о банкротстве гражданина требуют реализации совместного имущества супругов без его предварительного раздела, то есть последовательно проводит прокредиторскую линию, считает партнер коллегии адвокатов «Барщевский и партнеры» Павел Хлюстов. «Если ранее при реализации совместного имущества предпринимателя-банкрота требовался его предварительный раздел и обращение производилось лишь на долю банкрота, то теперь обращение производится полностью, с последующей компенсацией доли в денежном эквиваленте. Это серьезно ущемляет интересы второго супруга, который в итоге принудительно лишается доли в имуществе и рискует не получить за нее рыночную компенсацию», — считает он.

Статья написана по материалам сайтов: www.oau.ru, pravo.ru, www.7788.ru, pravo163.ru.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector