Поговорим о субсидиарной ответственности? 2019 год

В последнее время в СМИ часто всплывают новости, связанные с привлечением бывших руководителей банкротящихся компаний к ответственности – в частности, огласку получило и дело о привлечении Л. Маркус – экс-президента крупнейшего банка РФ, Внешпромбанка совместно с другими руководителями. Речь идет о сумме свыше 200 миллиардов рублей.

Субсидиарная ответственность – это законный механизм, созданный с целью защиты интересов кредиторов бывших компаний. Речь идет об организациях, в которых руководители специально выводили активы или осуществляли комплекс мероприятий, направленных на развал компании и наращивание долговой нагрузки.

Если каких-нибудь 10 лет назад привлечь к субсидиарной ответственности руководителя/акционеров было только мечтой банкиров и других кредиторов, то сейчас это суровая реальность. Практически в большей части дел о банкротстве предприятий контролирующие должника лица привлекаются к ответственности благодаря стараниям арбитражных управляющих, которыми часто выступают сотрудники АСВ.

Но такая практика сформировалась не сразу – этому предшествовал период правок в законодательство. Так, в середине лета прошлого 2017 года в силу вступили поправки, разработанные государственными ведомствами. Итак, давайте их рассмотрим.

    Изменения в № 488-ФЗ, которыми регламентировалось распространение ответственности. Именно эти правки установили, что виновных в развале компании лиц кредиторы могут привлечь вне банкротства. Например, если компания по каким-то причинам не может пройти процедуру, то ее генеральный директор может и должен быть привлечен к ответственности на определенную сумму.

Также закон дал возможность банкам привлечь того же злополучного директора к ответственности и после окончания признания несостоятельности. Более того, установлен и срок привлечения – составляет он 3 года с момента завершения процедур.

При желании банки могут отстоять свои интересы и по истечению этого срока, но только на веских основаниях, представленных в суд в виде документов. Наиболее распространенное «оправдание» пропуску сроков – незнание «грехов» бывших КДЛ ранее.

Правки в № 266-ФЗ, согласно которым теперь не банки доказывают причастность руководителей к развалу компании, а наоборот, самих КДЛ вынудили защищаться. Фактически, введя термин «КДЛ», законодатели сделали очень хитрый расчет, предполагая, что это поможет выявить неофициальных руководителей, которые приложили руку к утечке средств при банкротстве предприятия.

Интересно, что настоящие изменения в законодательстве также затронули такую категорию как «номинальный директор», которые только числятся в документах, но на самом деле ничего не решают, и применение субсидиарной ответственности к таким директорам будет не совсем справедливым действием. Так вот, номинальным участникам был предложен уход от ответственности, если они предоставят информацию, как найти настоящих КДЛ. Учитываются не просто рассказы, а документальные подтверждения.

  • Не секрет, что огромные компании часто имеют долги перед ИФНС. И в своем письме от 2017 года № СА-4-18/16148@ госструктура решила доказать, что больше не намерена упускать реально виновных лиц в неуплате налогов. В письме, которое является руководством к действию для региональных подразделений, даются четкие указания инспекторам – они должны не только добиваться справедливости в суде, но и добиваться взыскания реальных средств.
  • В какой-то мере ИФНС взяла на себя роль законодателя – в письме было прокомментировано норму Закона о банкротстве, которой устанавливаются «иные основания для привлечения к субсидиарной ответственности». Так, по определению ведомства, сюда следует относить гражданские браки, старые связи (школа, институт, несение воинской повинности в одной части), любовные отношения – в общем, все, что могли бы установить следователи в целях выявления неофициальных КДЛ.

    Также в данном письме указано, что в случае, если бухгалтерия велась ненадлежащим образом, то привлечь к субсидиарной ответственности можно не только учредителя, но и бухгалтера, и других лиц, которые заведовали этой самой отчетностью.

    Напомним, судебная практика по субсидиарной ответственности показывает, что нередко бывшие руководители привлекаются по солидарной ответственности. Это означает, что долг компании переходит на них соразмерно, в одинаковых долях.

    Поскольку на руководство банкротящихся компаний была открыта настоящая охота, в связи с этим остро встал вопрос – как уйти от субсидиарной ответственности, есть ли законные методы?

    Существует мнение, что такие долги можно списать при банкротстве физического лица. Но законодательство говорит об обратном – при личном банкротстве не списываются задолженности, возникшие в связи с субсидиарной ответственностью. Размер при этом не имеет значения – если управляющему удастся доказать, что 200 миллиардов долга организации возникли по вине, например, гендиректора, то эти средства повиснут на нем мертвым грузом. Таким образом, списание субсидиарной ответственности невозможно при банкротстве физлиц.

    И все же, как не допустить такого развития событий? Что предпринять при банкротстве ООО, чтобы исключить самый худший сценарий? Ниже представлен ряд советов от квалифицированных юристов.

    1. Подготовьте все документы, в особенности – по финансовой отчетности. Помните, у вас не должно быть ситуаций, когда финансовая бухгалтерия не совпадает с реальными заключенными сделками и договорами.
    2. Оспаривайте ходатайства управляющего, поданные при банкротстве юридического лица. Например, если управляющий делает упор на том, что вы взяли новый кредит в начале 2018 года, в то время как на вас «висел» еще более старый кредит, предоставьте документы, подтверждающие, что новый кредит брался на определенные цели: на закупку оборудования по новому контракту, на открытие нового офиса и так далее. Все финансовые траты предприятия следует подтверждать фактами.
    3. Если вы видите, что всю ответственность за банкротство предприятия-должника пытаются «спихнуть» на вас, не сдавайтесь. Доказывайте, что не вы один руководили компанией, решения принимались совместно с теми или иными лицами. Это поможет, по крайней мере, разделить ответственность на всех реально виновных КДЛ.
    4. Не сдавайтесь. Порядок привлечения к субсидиарной ответственности отличается длительностью по срокам. Вы всегда можете оспорить решение суда, обратившись в вышестоящую инстанцию. Известны случаи, когда в поисках справедливости стороны доходили до Верховного суда.

    Помните, не бывает безвыходных положений. Какой бы сложной ни казалась ситуация, нужно просто обратиться за помощью копытным специалистам. Если у вас образовалось тяжелое положение – обратитесь к нашим юристам! Мы тщательно исследуем ваше дело и предложим достойные варианты по решению проблемы!

    (3 оценок, среднее: 5,00 из 5)

    Вопрос — как уйти от субсидиарной ответственности – набирает все большую популярность, что связано с ужесточением банкротного законодательства, которое произошло в 2017 году. Главное изменение – теперь контролирующие должника лица (КДЛ) вынуждены доказывать, что их решения, действия и приказы в период управления компанией не имеют отношения к долгам и последующему банкротству.

    Идеальных компаний, к сожалению, не бывает. Очень часто арбитражные управляющие пытаются обвинить руководителей и акционеров в мошеннических действиях, скинуть на них долги компании, и последним порой приходится защищаться от совсем справедливых обвинений. Давайте поговорим о способах защиты, рекомендуемых юристами.

    Если при банкротстве предприятия вы понимаете, что обстоятельства складываются явно не в вашу пользу, прежде всего – избавьтесь от паники. Помните, нельзя просто так взять и перевести весь долг на физическое лицо, для этого должны быть очень серьезные основания.

    Ниже мы предлагаем рассмотреть, так сказать, кухню подобных процессов, изучить, с чем вы можете столкнуться.

    При банкротстве ООО или другой юридической формы компании сначала проводятся все проверки, изучаются документы за последние годы, сделки, заключенные перед банкротством, действия руководителей. Только потом, когда уже начинается конкурсное производство, может встать вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности директора или иного КДЛ. Как правило, это случается по таким причинам:

    • были заключены сомнительные сделки. Например, компания заключила договор на получение товара оптом по крайне невыгодным для себя ценам, в результате чего реализация продукции осуществлялась в минус;
    • беспорядок по документации. В частности, если не хватает договоров, бухгалтерской отчетности или других важных документов – это может натолкнуть на мысль об умышленном сокрытии действий руководителей;
    • был обнаружен вывод средств на иностранные счета, находящиеся под юрисдикцией стран с низкой налоговой нагрузкой. Речь идет о так называемых оффшорных зонах;
    • в компании образовались долги, которых не должно быть по документам. Разумеется, в данном случае ведется двойное расследование – со стороны управляющего и со стороны компетентных правоохранительных органов. Яркий пример аналогичного дела – банкротство банка «Российский кредит», в котором под управлением А. Мотылева образовался «из ниоткуда» долг в 126 миллиардов рублей;
    • руководители брали множество кредитов без четких целей, отдавать не планировали, деньги тратились впустую, что привело к банкротству. Заметим, что такие ситуации не редки – очень часто компания, пытаясь удержаться на плаву, все глубже влезает в долговую яму.

    Соответственно, если управляющему удалось обнаружить хоть один из выше изложенных фактов, поднимается вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности руководителей и других лиц.

    Так, арбитражный управляющий собирает доказательства – действия, приказы или решения руководства, которые бы имели отношение к банкротству должника. Также устанавливаются личности КДЛ, в том числе скрытые руководители, которые официально не имеют отношения к управлению (на практике такое встречается нередко).

    Это интересно:  Гражданин-банкрот не может быть освобожден от мораторных процентов - ВС РФ 2019 год

    Далее следует обращение в суд – как правило, инициатором процесса становится арбитражный управляющий. В таких ситуациях возможно солидарное привлечение. Если субсидиарная ответственность – это переход долгов компании на лиц, виновных в образовании задолженностей, то солидарная ответственность – это разделение долгов на всех КДЛ. Таким образом, если долг составляет, образно говоря, 3 миллиарда рублей, и КДЛ тоже 3-е, то на каждого «перейдет» по 1-му миллиарду рублей.

    Как правило, дела подобного рода возбуждаются еще на стадии конкурсного производства в отношении компании. То есть, заинтересованные лица стараются, как можно быстрее поднять вопрос субсидиарной ответственности учредителя или другого КДЛ.

    Интересно, что точных сроков давности по привлечению к ответственности нет – каждый суд решает такие вопросы индивидуально. Есть в практике дела, когда проблема привлечения набирала обороты спустя 10(!) лет после банкротства компании.

    Таким образом, сроки привлечения могут быть самыми разными. Если одни суды отказывают в привлечении за долги, созданные в начале 2000-х годов, то другие наоборот, поддерживают управляющих в привлечении КДЛ за «старые грехи». Но чаще всего привлекают по таким процессам еще «не отходя от кассы», при банкротствах предприятий.

    Если вам грозит ответственность за многомиллионные долги организации, есть 2 надежных способа избежать этого сценария. Но для этого ваша ситуация должна соответствовать определенным требованиям.

    1. Вы должны быть поручителем. Если вы брали кредиты для компании, оформляя себя при этом поручителем, у вас есть шансы списать их при банкротстве физического лица. Так можно избавиться не только от кредитов, но и от долгов перед ИФНС.
    2. В отношении вас параллельно должно быть заведено дело другой юрисдикции – например, по уголовной статье (часто это мошенничество, растрата средств должностным лицом, превышение полномочий и так далее). Таким образом, вам следует ходатайствовать о снятии субсидиарной ответственности, аргументируя свою позицию тем, что законодательство нашей страны не допускает двойную ответственность за одно и то же преступление.

    Также подходящим, но не сильно распространенным способом является выкуп долга, но этот способ уже актуален для тех, кому не удалось избежать ответственности. Как правило, кредиторы готовы продать такие долги за небольшую сумму, понимая, что в полном размере стребовать задолженность им не удастся. Напомним, согласно статистике, на одного КДЛ приходится в среднем 113 миллионов рублей, а это немалая сумма средств.

    Довольно часто у предпринимателей возникает идея списания субсидиарной ответственности при банкротстве физических лиц. Заметим сразу, что это невозможно (если вы – не поручитель по задолженностям организации). Закон о банкротстве предусматривает ряд долгов, которые не могут быть списаны в результате признания несостоятельности, и ответственность данного рода тоже сюда относится.

    Судебная практика сложилась достаточно интересная и разнообразная. Согласно картотеке дел в Арбитражных судах, наиболее часто инициаторами становятся управляющие, но факт причастности далеко не всегда удается доказать.

    1. Дело № А79-3955/2009. В данном случае управляющий пытался инициировать привлечение к ответственности КДЛ, обращая внимание суда на факт заключения убыточных сделок. Тем не менее, суды разных инстанций не согласились с доводами, в том числе – и ВС РФ, указав на то, что сделки заключались в период, когда компания еще выполняла свои финансовые обязательства. Кроме того, не удалось доказать и выгоду КДЛ, которую бы они могли получить, заключая такие сделки.
    2. Дело № А56-7049/2012. Тут как раз обстоятельства были обратными – КДЛ заключал убыточные сделки, когда компания уже имела признаки критической несостоятельности, что и повлекло дополнительные проверки, и в дальнейшем – обращение в суд о привлечении к ответственности.
    3. Дело № А73-684/2016. Привлечение состоялось на основании того, что были утеряны финансовые и бухгалтерские документы, свидетельствующие о деятельности компании. Кроме того, генеральный директор и другие КДЛ проигнорировали сроки, допустимые, чтобы обанкротить организацию. Кроме того, было доказано, что размер субсидиарной ответственности, нанесенный кредиторам 3-ей очереди неправомерными действиями, составил выше 50% от общей задолженности компании.

    Как мы видим из вышеизложенного, к ответственности обычно суд привлекает только при наличии неоспоримых фактов и обстоятельств конкретного дела. Доказать причастность КДЛ к наращиванию задолженности косвенными уликами очень сложно. Если вы нуждаетесь в помощи компетентных юристов, вам грозят многомиллионные долги – обращайтесь к нашим специалистам! Мы всегда готовы предложить руку помощи в критических ситуациях!

    КАК ИЗБЕЖАТЬ СУБСИДИАРНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

    Многие должники (да и юристы) до сих пор пребывают в искреннем заблуждении, что единственный гарантированный вариант избежать субсидиарной ответственности – это «свой» арбитражный управляющий в сочетании с контролируемым большинством в собрании кредиторов.

    Да, сочетание этих факторов значительно повышает шансы бенефициаров и руководителей на выживание в ходе банкротства компании. И оно особенно хорошо работает, если кредиторы окажутся слишком глупыми, бедными или прижимистыми, чтобы нанять квалифицированных профессионалов.

    В остальных случаях эта «двойка» уже давно не дает 100% результата. Причина проста: у любого кредитора сейчас существует самостоятельное право подачи заявления на привлечение к субсидиарной ответственности или на оспаривание любой сделки должника. Но от арбитражного управляющего и собрания кредиторов по-прежнему зависит то, какой объем фактуры и доказательств смогут получить кредиторы в свое распоряжение: или «с гулькин нос» или на божий свет будет вытащено все грязное белье.

    В любом случае, своим клиентам мы рекомендуем всегда готовиться к самым пессимистичным сценариям развития событий. А значит проблемы личной ответственности по долгам компании надо купировать еще до входа в процедуру банкротства, когда есть шансы что-то исправить. Для этого мы делаем предбанкротный анализ состояния должника. И если на первом этапе работ мы выявляли риски оспаривания сделок должника с последующей утратой активов (о чем писали здесь), то на втором этапе мы вытаскиваем риски субсидиарной, а на третьем – уголовной ответственности. А затем добиваем это планом конкретных работ, направленных на минимизацию этих рисков. Но обо всем по порядку.

    Подробно о механизмах привлечения к субсидиарной ответственности мы писали здесь, поэтому для дальнейшего движения нам достаточно резюмировать, что глобально оснований для привлечения к субсидиарке всего три штуки:

    Основание №1: действия / бездействия контролирующих должника лиц, которые привели к причинению ущерба кредиторам.

    Основание №2: неподача заявления в месячный срок с момента возникновения признаков неплатежеспособности должника.

    Основание №3: непередача / искажение бухгалтерской и корпоративной документации.

    Чтобы увидеть на практике, как работает то или иное основание, оставьте свой e-mail, и мы пришлем вам разбор нескольких показательных кейсов в одном удобном письме.

    Неправомерные действия руководителей и бенефициаров всегда выражаются в каких-либо сделках по выводу активов и денег должника. Поэтому ситуация здесь обстоит достаточно просто: если на первом этапе работ мы выявили сделки, которые с высокой вероятностью могут быть оспорены в банкротстве, то автоматически мы нашли и основание №1 для привлечения к субсидиарной ответственности.

    На практике это так и работает. Пример: арбитражный управляющий в ходе банкротства подает иск об оспаривании выплат последних денег должника в пользу только одного из кредиторов (подробнее о методах оспаривания подобных сделок можно почитать здесь).

    Ответчик (он же получатель денег), понимая, что деньги освоены и не будут возвращены в любом случае, особо не нервничает и активно не сопротивляется. Бывшего гендиректора должника эта проблема волнует еще меньше. Поэтому суд легко удовлетворяет требования и признает сделку недействительной. Одновременно суд устанавливает (и отражает это в судебном акте), что стороны по оспоренной сделке были аффилированными (как один из вариантов), у бывшего директора имелась цель причинить ущерб остальным кредиторам и налицо действия, не соответствующие принципу добросовестности и разумности. Определение вступает в законную силу и описанные в нем обстоятельства получают преюдициальное значение, а значит считаются доказанными и не подлежащими повторному изучению.

    Во втором акте Марлезонского балета от арбитражного управляющего поступает заявление о привлечении гендиректора/собственника бизнеса к субсидиарной ответственности. В его основу ложатся те самые обстоятельства, ранее установленные и описанные судом, с которыми теперь не поспоришь.

    Тут до клиента доходит, что пришло время немного понервничать, и он обращается в самую крутую юр.контору в Москве, специализирующуюся на субсидиарке: «Игумнов Групп». А мы, матюгаясь в ладошку, обозначаем клиенту вероятность выигрыша данного суда максимум в 10-15%. И то при условии выполнения такого огромного фронта работ, что некоторым горе-предпринимателям становится проще погасить всю суму долга, чем оплачивать наши услуги по его личной защите.

    Здесь есть ключевой момент, о котором многие не знают или не все понимают, а именно: за неподачу заявления о банкротстве привлекают к субсидиарке только по НОВЫМ обязательствам должника, возникшим ПОСЛЕ истечения месячного срока, отсчитываемого с момента возникновения признаков неплатежеспособности. Поэтому здесь критично установить 2 фактора:

    1) конкретную дату возникновения этих самых признаков неплатежеспособности и

    2) объем обязательств (долгов), возникших после этой даты.

    В судебной практике уже сформировалась устойчивая позиция: ОБЪЕКТИВНЫМ критерием несостоятельности считается отрицательная стоимость чистых активов, указанная в бухгалтерской отчетности компании. И в таких случаях «играть» с датой возникновения признаков неплатёжеспособности крайне сложно. Или, сказать точнее, практически невозможно. Именно по этой причине «Игумнов Групп» надо привлекать к проведению предбанкротного анализа ДО того момента, как вы сдали отчетность в налоговую, а не сразу ПОСЛЕ (как это делают некоторые «талантливые» бизнесмены). Или вы действительно думаете, что последующие корректировки бух.отчетности будут всерьез восприняты судом?

    В тех случаях, когда стоимость чистых активов компании является положительной величиной, точную дату возникновения признаков неплатёжеспособности установить невозможно. И тогда их определяют по СУБЪЕКТИВНЫМ критериям, таким как:

    • основные финансовые показатели деятельности компании,
    • объем и дата возникновения обязательств,
    • наличие и объем судебных процессов (просуживаемой кредиторки) на момент возникновения новых долгов,
    • наличие арестов и инкассовых поручений на счетах организации,
    • и т.д.

    И вот здесь существует простор для творчества и креатива.

    В любом случае, мы изучаем бухгалтерскую отчетность должника, ОСВ-шки, движение денег по счетам, дебиторку и кредиторку, а также готовим полноценный финансовый анализ деятельности должника за последние 3 года. После чего определяем одну (или несколько) критичных точек, за которые могут зацепиться кредиторы, как за начальную дату отсчета месяца для подачи заявления о банкротстве, и затем делаем выводы о рисках привлечения к субсидиарке по данному конкретному основанию.

    Еще год назад отсутствие акта приема-передачи первичных и бухгалтерских документов должника от бывших руководителей компании арбитражному управляющему означала, что «дело – труба» и залет на субсидиарку гарантирован. Но в декабре 2017г. Верховный суд призвал отойти от формальных принципов привлечения к субсидиарной ответственности и обязал суды выявлять причинно-следственную связь между непередачей документов и наступлением убытков у кредиторов.

    Жизнь директоров стала чуть легче, и желания передавать документы в руки кредиторов не добавилось. Оно и понятно: у должника может всплыть такое количество скелетов в шкафу, что субсидиарка покажется плевой ерундой. Например:

    • миллионные суммы, выданные под отчет;
    • займы, «выданные навсегда», физическим лицам;
    • сделки по выводу движимых активов и
    • прочие мутные схемы, которые могут быть квалифицированы как уклонение от уплаты налогов или как инструмент получения выгодных контрактов и доступа к ограниченным ресурсам. Ну вы понимаете, о чем я.

    По итогам второго этапа предбанкротного анализа становится понятно, откуда именно ожидать проблем, на какую сумму и какова вероятность наступления этих негативных последствий. Точность подобных прогнозов подкрепляется значительным опытом (и, как следствие, высокой экспертизой) «Игумнов Групп» в подобного рода судебных разбирательствах. Чтобы убедиться в этом, оставьте свой e-mail, и мы пришлем вам некоторые наши дела за 2018 год с подробным разбором стратегии и тактики, обеспечившие нам победу в защите от субсидиарной ответственности.

    Это предпоследний этап нашего анализа. Но так как вариантов «посадить» предпринимателя в нашей стране существует множество, то анализировать все риски уголовного характера зачастую не имеет смысла: сколько не ищи, всегда что-нибудь да останется. Поэтому здесь мы берем лишь самые очевидные недочеты, по которым уголовные приговоры выносятся легко и однозначно.

    Пример из практики: директор в течение последнего года жизни своего бизнеса с трудом, но все-таки полностью и почти без задержек, выплачивает заработную плату сотрудникам, опасаясь попасть под уголовную ответственность за ее невыплату. Но при этом не перечисляет НДФЛ в бюджет, мотивируя это «отсутствием лишних денег» и тем, что «налоговая может подождать, пока бизнес поднимется». После анализа директор с удивлением узнал, что не исполнял обязанность налогового агента, за что предусмотрена уголовная ответственность по ст.199.1 УК РФ. И о том, что подобные дела быстро и непринужденно доходят до суда, т.к. вина доказывается элементарно: путем сравнения цифры, выплаченной на зарплату, с цифрой, выплаченной по НДФЛ.

    Или еще, как вариант: у компании есть кредит в банке, который она обслуживать не в состоянии. В процессе предбанкротного анализа выясняется, что с реальной отчетностью компании этот кредит получить было невозможно, поэтому менеджер банка «подсказал» директору, что и где надо подкорректировать. На юридическом языке это называется хищением денежных средств кредитной организации путем предоставления заведомо недостоверных данных и наказывается по статье 159.1 УК РФ. Доказывается опять же на раз-два.

    Иногда клиенты просят проанализировать и наличие более сложных составов преступлений (например, уклонение от уплаты налогов по статье 199 УК РФ). Сделать это технически возможно, но, наш взгляд, не имеет особого смысла: преступления со сложным составом развиваются не так линейно и предсказуемо, поэтому никто не даст 100% гарантий, что «вот здесь однозначно будет уголовка», «а вот здесь – нет».

    Мы логично подошли к последнему разделу, стандартно завершающему наш анализ предбанкротного состояния должника: что со всем этим выявленным добром делать дальше?

    Например: по итогам анализа клиент понимает, что:

    • сделки должника № 4, 7 и 9 могут быть оспорены,
    • затем руководителя и бенефициаров, одобривших эти сделки, привлекут к субсидиарке,
    • кроме того, заявление на банкротство надо было подать еще год назад,
    • и если передать все бухгалтерские и первичные документы, то оппоненты взыщут авансы и займы, которые клиент кидал на свою банковскую карточку. А не передать он их не может, т.к. опять же это повлечет за собой залет на субсидиарку (т.к. причинно-следственная связь в его случае налицо).

    — Что делать, Холмс?
    — Готовить план предбанкротных мероприятий, Ватсон!

    Этот план и становится заключительным этапом работ. Он подкрепляется судебной практикой, нашим личным опытом и рекомендациями по внедрению. И, естественно, находится исключительно в рамках правого поля. Ну а как иначе?

    Остается только претворить его в жизнь: подготовить документальную обвязку, провести и зарегистрировать нужные сделки, закрепить определенные моменты через просуживание и т.д. Все это можно сделать своими силами или, опять же, отдать на откуп профессионалов из «Игумнов Групп». Нужны примеры, как это выглядит? Ок, возможно, об этом мы тоже когда-нибудь напишем статью. Ну а пока приходите к нам на консультацию. Она будет платной потому, что ваша свобода и спокойный сон бесценны! Записаться на встречу можно здесь.

    В деловой среде есть много заблуждений относительно правил применения субсидиарной ответственности и связанных с нею рисков. Во многом они не соответствует действительности и судебной практике. Тимур Сысуев, управляющий партнер адвокатского бюро «Сысуев, Бондарь, Храпуцкий СБХ», и Надежда Королева, адвокат адвокатского бюро попробуют развеять эти заблуждения.

    — В настоящее время субсидиарная ответственность перестала быть исключительно видом гражданско-правовой ответственности, а стала фактором, влияющим на гражданский оборот и деловую активность. Но заблуждений относительно субсидиарной ответственности по делам о банкротстве остается много. Попробуем разобраться в них.

    Заблуждение 1. «Один из сотни»: привлечение к субсидиарной ответственности является исключением из правил.

    Как известно, по общему правилу, ни учредители, ни руководитель не отвечают по долгам организации. Но в случае ее банкротства они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по долгам, если банкротство является результатом их действий или бездействия (так называемое доведение до банкротства) либо если они своевременно сами не обратились в суд с заявлением о банкротстве компании.

    Существует точка зрения, которая подтверждается судебной практикой, что все дела о банкротстве должны завершаться подачей управляющим иска о привлечении к субсидиарной ответственности, а именно суд решает, есть ли основания удовлетворить этот иск в данном конкретном случае или нет. Соответственно, управляющий обязан по завершении реализации имущества банкрота подать иск о привлечении к субсидиарной ответственности в размере требований кредиторов, неудовлетворенных в процедуре банкротства.

    Заблуждение 2. «Не виноватая я!»: руководитель организации, не являющийся ее участником, не может быть привлечен к субсидиарной ответственности.

    В подавляющем большинстве случаев к субсидиарной ответственности по долгам банкрота привлекается как раз его бывший руководитель или руководители.

    Руководитель управляет текущей деятельностью организации, совершает сделки, распоряжается денежными средствами, отвечает за соблюдение законодательства перед государством, и обязан действовать от имени организации добросовестно, разумно, экономически осмотрительно.

    На руководителе лежит обязанность обратиться в суд с заявлением о банкротстве организации, если в какой-либо момент деятельности складывается такая ситуация, что удовлетворение требования одного или нескольких кредиторов делает невозможным удовлетворение требований перед другими кредиторами.

    Обычно выясняется, что привлекаемые к ответственности лица в свое время не выполнили простейшие стандартные обязанности руководителя (которые многим бизнесменам на практике кажутся достаточно формальными): не провели при назначении на должность или при освобождении от должности инвентаризации, не составили акт приема-передачи документов, не потребовали от учредителей составить письменный документ, обязывающий директора заключить тот или иной договор на определенных условиях, и т.д.

    Фото с сайта dennikn.sk

    Соответственно, руководитель может быть привлечен к субсидиарной ответственности как за доведение до банкротства, так и не неподачу заявления о банкротстве.

    Заблуждение 3. «А я тут ни при чем»: учредитель (участник, акционер) не может быть привлечен к субсидиарной ответственности, если он не принимал никаких решений, связанных с управлением организацией.

    В соответствии с Законом о банкротстве учредитель (участник, акционер) может быть привлечен к субсидиарной ответственности, т.к. он имеет полномочия по управлению организацией.

    Субсидиарная ответственность наступает не только за активные действия, но и за бездействие, которое в определенных случаях рассматривается как доведение до банкротства, и может выражаться в непроведении годовых общих собраний, неназначении аудитора или ревизора, непринятии действий, направленных на досудебное оздоровление организации и др.

    На практике к субсидиарной ответственности привлекают и «номинальных» директоров, и участников, которые являлись таковыми лишь «на бумаге», а фактически предприятием управляли другие лица.

    Заблуждение 4. «Финита ля комедиа»: если дело о банкротстве завершено, то привлечение к субсидиарной ответственности невозможно.

    Дело о банкротстве заканчивается исключением организации-банкрота из Единого государственного регистра юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.

    Однако и после исключения из ЕГР каждый из кредиторов, требования которого остались неудовлетворенными, вправе подать новый иск о привлечении к субсидиарной ответственности.

    Срок исковой давности по данным искам составляет не 3 года (как по общему правилу), а 10 лет с момента возбуждения дела о банкротстве.

    Даже если в рамках дела о банкротстве иск о субсидиарной ответственности уже был рассмотрен судом, кредитор вправе самостоятельно подать новый иск со ссылкой на новые обстоятельства. В последнее время особенно активно своим правом инициировать дело о субсидиарной ответственности после исключения должника из ЕГР пользуются налоговые органы.

    Заблуждение 5. «Есть ли жизнь после смерти?»: если после вынесения судом решения о привлечении к субсидиарной ответственности организация-банкрот исключается из ЕГР — решение о привлечении к субсидиарной ответственности не исполняется.

    Если суд в рамках дела о банкротстве рассмотрел и удовлетворил иск о субсидиарной ответственности, то управляющему будет выдан исполнительный документ — судебный приказ о взыскании задолженности в пользу банкрота.

    Поскольку исполнение судебного решения зачастую требует длительного времени, то перед исключением банкрота из ЕГР управляющий заключит с кредиторами договоры об уступке права требования к проигравшему ответчику на сумму, соответствующую задолженности конкретного кредитора. В результате кредитор станет новым взыскателем, и решение будет исполняться уже в его пользу. Нового судебного процесса для взыскания задолженности в пользу кредитора в данном случае не требуется.

    Заблуждение 6. «Лежачего не бьют»: если должник сам инициировал дело о своем банкротстве, то риск привлечения к субсидиарной ответственности отсутствует.

    Подача должником в суд заявления о своем банкротстве не освобождает его участников и директоров от возможной субсидиарной ответственности.

    Дополнительной благодарности и признательности со стороны кредиторов и суда за это ждать не стоит.

    Подача должником заявления о своем банкротстве не исключает привлечения к субсидиарной ответственности по другому основанию — за «доведение» до банкротства при наличии оснований, если также не выяснится, что должник обязан был обратиться в суд с заявлением о своем банкротстве значительно раньше, чем это было фактически сделано.

    Заблуждение 7. «Ты чьих будешь?»: управляющий, назначенный по просьбе должника, будет действовать в интересах бывшего директора или учредителей.

    Как правило, управляющий по делам о банкротстве назначается судом исходя из кандидатур, предложенных заявителем. Управляющий должен пользоваться доверием и суда, и должника, и кредиторов. Даже если управляющий был назначен по ходатайству должника, он все равно должен действовать, в первую очередь, в интересах кредиторов.

    На действия/бездействие управляющего могут быть поданы жалобы любым лицом, участвующим в деле о банкротстве, и кредиторы вправе потребовать замены управляющего в связи ненадлежащим исполнением им своих обязанностей.

    Кроме того, недобросовестное исполнение управляющим своих обязанностей влечет риск потери аттестата, дающего ему право осуществлять эту деятельность. И это не говоря уже о репутационных рисках.

    фото с сайта daytlt.ru

    Поэтому даже управляющий, назначенный по ходатайству должника, при наличии оснований должен предъявить иск о привлечении к субсидиарной ответственности и требовать в суде его удовлетворения.

    Заблуждение 8. «Ребята, давайте жить дружно!»: если кредиторы не требуют привлечения бывшего директора или участников к субсидиарной ответственности, то такой иск предъявлен не будет.

    Как указано выше, управляющий обязан по собственной инициативе при наличии оснований предъявить иск о субсидиарной ответственности. Инициатива кредиторов может являться лишь катализатором такого иска, но не решающим фактором.

    Заблуждение 9. «Каждому — по делам его»: размер субсидиарной ответственности определяется суммой тех убытков, которые причинены организации вследствие действия или бездействия директора или участника.

    Размер субсидиарной ответственности определяется общей суммой требований кредиторов, включенных в реестр, которые не погашены в рамках дела о банкротстве.

    Связь конкретного обязательства с конкретными действиями или бездействиями конкретного ответчика не устанавливается.

    Соответственно, потенциальному ответчику по делу о субсидиарной ответственности выгодно, чтобы в реестр было включено как можно меньше требований кредиторов и чтобы имущество должника было продано по максимально возможной стоимости.

    Заблуждение 10. «Кончил дело — гуляй смело»: бывшие участники/директора субсидиарной ответственности не несут.

    Бывшие участники (вышедшие по собственному желанию или исключенные) или бывшие директора несут субсидиарную ответственность, если банкротство вызвано их действиями/бездействием, совершенными в том периоде, когда они еще были в соответствующем статусе.

    Заблуждение 11. «Нет документа — нет проблемы»: для того, чтобы исключить риски субсидиарной ответственности, надо утерять документы организации.

    Необеспечение сохранности (утрата) первично-учетных документов, повлекшее доначисление налогов и пеней расчетным методом, рассматривается как доведение до банкротства.

    На практике утрата документов — одно из самых распространенных оснований субсидиарной ответственности.

    Фото с сайта squarespace.com

    Заблуждение 12. «Дружим против»: у всех потенциальных ответчиков — директора, участников — единые интересы и стратегия защиты.

    Несмотря на то, насколько тесными и близкими были отношениями между бывшим директором и участниками, их интересы по делу о субсидиарной ответственности в большинстве случаев расходятся.

    Во-первых, одним ответчикам (например, директору) может быть выгодно «переложить» ответственность на других ответчиков (например, участников), доказав, что при управлении организацией он выполнял их указания.

    И наоборот, директор, который претворял в жизнь все решения участников (зачастую не облеченные в форму соответствующего решения общего собрания), может столкнуться с тем, что участники с удовольствием «спихнут» последствия банкротства на него.

    Во-вторых, поскольку субсидиарная ответственность при банкротстве при наличии нескольких виновных лиц является солидарной, то есть возлагается на всех, то чем больше общее количество лиц, с которых будет взыскана сумма, тем меньше в конечном итоге может быть сумма, приходящаяся на каждого из них.

    Заблуждение 13. «Торопиться не надо»: защита против иска о субсидиарной ответственности начинается после предъявления такого иска.

    Как правило, ответчики начинают обращаться к адвокатам и готовить линию защиты, только получив извещение суда о возбуждении производства по иску о привлечении к субсидиарной ответственности.

    В реальности защита против такого иска должна начинаться задолго до того, как он предъявлен, — как минимум, с момента возбуждения дела о банкротстве.

    Потенциальный ответчик должен, во-первых, анализировать деятельность организации на предмет наличия оснований для ее банкротства, чтобы либо рассмотреть вопрос о досудебном оздоровлении, либо уже своевременно инициировать дело о банкротстве.

    Во-вторых, с самого начала дела о банкротстве он должен следить за действиями управляющего, принимать участие в собраниях кредиторов, изучать материалы дела о банкротстве. А при необходимости обжаловать действия управляющего (например, если управляющий признает требования кредиторов в завышенном размере, продает имущество по заниженной стоимости т д.), предоставлять управляющему запрашиваемую информацию.

    При рассмотрении дела о субсидиарной ответственности подобные аргументы, как правило, не принимаются во внимание, т.к. «раньше надо было думать».

    Заблуждение 14. «Все решится само собой»: суд сам во всем разберется.

    Зачастую и по делу о субсидиарной ответственности ответчики не являются в судебные заседания, не привлекают для защиты своих интересов адвокатов, не представляют доказательств и аргументов в свою защиту. Понятно, что при неявке в суд и отсутствии профессиональной защиты шансы проиграть дело существенно увеличиваются.

    Проиграв дело в суде первой инстанции, ответчики часто опускают руки и не обжалуют решение суда в вышестоящих судах. Хотя достаточно часто не обоснованные решения о привлечении к субсидиарной ответственности отменяются или корректируются вышестоящими судами. Если ответчик чувствует свою правоту — есть смысл идти до конца.

    Статья написана по материалам сайтов: 2lex.ru, fcbg.ru, igumnov.group, probusiness.io.

    «

    Помогла статья? Оцените её
    1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
    Загрузка...
    Добавить комментарий