+7 (499) 322-30-47  Москва

+7 (812) 385-59-71  Санкт-Петербург

8 (800) 222-34-18  Остальные регионы

Звонок бесплатный!

ВС оценит срок исковой давности привлечения к субсидиарной ответственности 2019 год

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего — Председателя Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации Иванова А.А.;

членов Президиума: Абсалямова А.В., Андреевой Т.К., Бациева В.В., Весеневой Н.А., Дедова Д.И., Завьяловой Т.В., Иванниковой Н.П., Козловой О.А., Сарбаша С.В., Слесарева В.Л., Юхнея М.Ф. —

В заседании приняли участие представители:

от заявителя — конкурсного управляющего муниципальным унитарным предприятием «Чистота плюс» Солдатова В.В. (истца) — Солдатов О.В.;

от администрации муниципального образования «Славский муниципальный район» (ответчика) — Фомин А.В.

Заслушав и обсудив доклад судьи Дедова Д.И. и объяснения представителей участвующих в деле лиц, Президиум установил следующее.

В период с декабря 2004 года по июль 2005 года администрацией муниципального образования «Славский муниципальный район» (далее — администрация) как собственником имущества муниципального унитарного предприятия «Чистота плюс» (далее — предприятие, должник) из хозяйственного ведения последнего изъято движимое и недвижимое имущество, используемое в уставной деятельности предприятия.

Определением Арбитражного суда Калининградской области от 07.11.2005 возбуждено дело о банкротстве предприятия.

Решением Арбитражного суда Калининградской области от 14.06.2006 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2011 определение суда первой инстанции от 01.04.2011 оставлено без изменения.

Частично удовлетворяя заявленное требование на основании пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — Кодекс) и пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве), суд первой инстанции исходил из того, что действия собственника имущества предприятия по безвозмездному изъятию имущества последнего привели к прекращению деятельности и банкротству предприятия. Размер субсидиарной ответственности определен судом исходя из разницы между размером требований кредиторов, включенных в реестр, и суммой выручки от продажи имущества должника в ходе конкурсного производства.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции администрация заявила о применении исковой давности, указав, что срок давности подлежит исчислению со дня принятия судом решения о признании должника несостоятельным (банкротом). Суд отказал в удовлетворении заявления о применении исковой давности, исходя из того, что учредитель должника не может быть привлечен к субсидиарной ответственности до того момента, пока не предприняты меры по взысканию задолженности с основного должника.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Отменяя судебные акты первой и апелляционной инстанций, суд кассационной инстанции счел, что истцом был пропущен трехлетний срок исковой давности применительно к положениям статей 199 и 200 Кодекса, полагая, что первому конкурсному управляющему стало известно о нарушении интересов кредиторов после проведения инвентаризации имущества предприятия в июне 2006 года, результаты которой свидетельствовали о недостаточности имущества должника и невозможности удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр.

В заявлении, поданном в Высший Арбитражный Суд Российской Федерации, о пересмотре в порядке надзора постановления суда кассационной инстанции конкурсный управляющий предприятием просит его отменить, ссылаясь на нарушение судом единообразия в толковании и применении норм права об обществах с ограниченной ответственностью, и оставить без изменения определение Арбитражного суда Калининградской области от 01.04.2011 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2011.

В отзыве на заявление администрация просит оставить оспариваемый судебный акт без изменения как соответствующий действующему законодательству.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в заявлении, отзыве на него и выступлениях присутствующих в заседании представителей участвующих в деле лиц, Президиум считает, что заявление подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 200 Кодекса течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В случае применения данной нормы в делах о банкротстве суду следует учитывать особенности процедур банкротства и соответствующие специальные нормы законодательства о банкротстве.

Так, в силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве контролирующие должника лица несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу.

Названная норма изложена в новой редакции, утвержденной Федеральным законом от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее — Закон).

Согласно абзацу второму пункта 5 статьи 129 Закона о банкротстве (отмененному Законом) размер ответственности лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности в соответствии с этим пунктом, определяется, исходя из разницы между размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и денежными средствами, вырученными от продажи имущества должника или замещения активов организации-должника.

Положения указанных норм свидетельствуют об отсутствии принципиального противоречия между прежней и действующей редакциями положений Закона о банкротстве, поскольку они одинаково определяют момент, с которого арбитражному управляющему становится известно о нарушении прав кредиторов лицами, контролирующими должника. В силу названных норм этот момент определяется фактическим отсутствием денежных средств для удовлетворения требований кредиторов.

По смыслу упомянутых правовых норм при определении момента начала течения срока исковой давности по заявлению о привлечении собственника имущества должника к субсидиарной ответственности в процедуре банкротства необходимо учитывать, что размер ответственности невозможно определить с разумной достоверностью до момента реализации имущества должника, в связи с чем такой срок может исчисляться не ранее даты завершения реализации имущества предприятия и окончательного формирования конкурсной массы.

Следовательно, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что течение срока исковой давности в данном случае не может начаться ранее продажи имущества предприятия, которая состоялась 11.06.2010, после чего стало достоверно известно о недостаточности денежных средств, составляющих конкурсную массу должника для удовлетворения требований кредиторов, и о размере сумм, подлежащих взысканию в порядке субсидиарной ответственности.

При таких обстоятельствах оспариваемое постановление суда кассационной инстанции подлежит отмене в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 304 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации как нарушающее единообразие в толковании и применении норм права о банкротстве.

Вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов по делам со схожими фактическими обстоятельствами, принятые на основании норм права в истолковании, расходящемся с содержащимся в настоящем постановлении толкованием, могут быть пересмотрены на основании пункта 5 части 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если для этого нет других препятствий.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьей 303, пунктом 5 части 1 статьи 305, статьей 306 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации постановил:

Определение Арбитражного суда Калининградской области от 01.04.2011 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2011 по указанному делу оставить без изменения.

Конкурсный управляющий МУПа обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности администрации муниципального образования как собственника предприятия.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции администрация заявила о применении исковой давности, указав, что срок давности подлежит исчислению со дня принятия судом решения о признании должника несостоятельным (банкротом).

Суды двух инстанций отказали в удовлетворении заявления о применении исковой давности исходя из того, что учредитель должника не может быть привлечен к субсидиарной ответственности до того момента, пока не предприняты меры по взысканию задолженности с основного должника.

Отменяя судебные акты нижестоящих инстанций, окружной суд счел, что истцом был пропущен срок исковой давности.

Президиум ВАС РФ пояснил следующее.

Согласно ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

При этом в делах о банкротстве следует учитывать особенности процедур банкротства и соответствующие специальные нормы законодательства о банкротстве.

В соответствии с Законом о банкротстве момент, с которого арбитражному управляющему становится известно о нарушении прав кредиторов лицами, контролирующими должника, определяется фактическим отсутствием денежных средств для удовлетворения требований кредиторов.

При определении момента начала течения срока исковой давности по заявлению о привлечении собственника имущества должника к субсидиарной ответственности в процедуре банкротства необходимо учитывать следующее. Размер ответственности невозможно определить с разумной достоверностью до момента реализации имущества должника.

Это интересно:  Ликвидация НПФ, не занимающихся ОПС, должна проводиться арбитражными управляющими - ВС РФ 2019 год

В связи с этим такой срок может исчисляться не ранее даты завершения реализации имущества предприятия и окончательного формирования конкурсной массы.

Следовательно, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что течение срока исковой давности в данном случае не может начаться ранее продажи имущества предприятия.

Для просмотра актуального текста документа и получения полной информации о вступлении в силу, изменениях и порядке применения документа, воспользуйтесь поиском в Интернет-версии системы ГАРАНТ:

Кроме того, снятие компании с учета в государственном реестре становится поводом для прекращения обязательств. Об этом сказано в 419 статье ГПК. Официальное заявление о финансовой несостоятельности, поданное руководителем задолжавшего предприятия в Арбитраж, снижает риски ответственности этого субъекта. При появлении материальных затруднений директору предприятия уместно самостоятельно инициировать банкротство фирмы Соответственно, при появлении материальных проблем генеральному директору целесообразно обезопасить личные сбережения за счет указанных действий. Если же время упущено и суд занял сторону кредитора, у физического лица-ответчика остается последний шанс – инициирование собственного банкротства. Отметим, такие действия негативно отражаются на дальнейшей карьере ответчика и грозят определенными неудобствами.

В более ранних редакциях Закона о банкротстве специальный срок и вовсе отсутствовал (применялся общий трехлетний срок), потом был установлен одним годом и дорос до трех лет. Подробное разъяснение оснований применения указанных сроков дано в Постановлении Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее — Пленум). Согласно пункта 58 Пленума, сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц).

  1. Отсутствуют доказательства передачи имущества от предыдущего директора последующему;
  2. У последующего директора имеются признаки номинального («массовый» директор);
  3. Факт смены учредителя/директора в реестре не подтверждает фактической передачи управления и материальных ценностей.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности. Как мы видим из сравнения вышеуказанных норм Закона о банкротстве в редакциях «до» и «после», обе статьи указывают на трехлетний срок привлечения к субсидиарной ответственности, исчисляемый от даты начала конкурсного производства и объявления должника банкротом.

Однако при невозможности полного расчета с кредиторами эта мера становится единственным разумным выходом из положения. Однако тут уместно помнить, что фиктивное банкротство влечет проблемы с законом. Отличия теории и действительности Отметим, в таких процессах встречаются определенные нюансы, влияющие на конкретное решение судьи в делах, где рассматривается субсидиарная ответственность руководителя должника.

Судебная практика здесь противоречива и насчитывает различные варианты исхода. Даже учитывая последние изменения в сторону ужесточения законодательства этой области, привлечь контролирующих лиц тут непросто. Наиболее сложной задачей тут становится доказательство связи банкротства с действиями директора компании Особая трудность заключается в необходимости установления судом связи между конкретными действиями обвиняемого субъекта и фактическим банкротством предприятия.

Поскольку заявление о привлечении Абазехова Х.Ч. к субсидиарной ответственности подано конкурсным управляющим Рец М.Н. 26.09.2016, то есть по истечении трех лет с даты открытия конкурсного производства, суды пришли к правильному выводу о пропуске конкурсным управляющим срока, установленного статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации для обращения с заявлением о привлечении указанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении настоящего заявления». Вместе с тем, конкурсный управляющий не согласился с отказом и обратился в коллегию Верховного суда Российской Федерации по экономическим спорам с требованием отменить, не законные, по его мнению, судебные акты, в том числе, не согласившись с пропуском срока исковой давности.

Отмечается, что срок для предъявления претензии и составления иска с 1 января 2017 года увеличен до общего срока исковой давности (3 года с даты вынесения решения о банкротстве);

  • Момент исчисления срока для обращения взыскания на имущество нерадивого руководителя может переноситься на дату вынесения судебного решения о банкротстве. При этом в ходе разбирательства должно быть установлен факт бездействия или иного действия, которое привело компанию в состояние неплатежеспособности.

Во всех случаях выявления степени субсидиарной ответственности при рассмотрении вопросов ликвидации фирм с долгами идет привязка именно к банкротству. С одной стороны, получается, что, если компания инициирует процедуру добровольной ликвидации (длится около 6 месяцев), руководство и учредители могут избежать ответственности.

При рассмотрении контролирующего органа предприятия как участника материальной ответственности отсчитывается период за сроками такого обращения;

  • Согласно части 4-й указанного Закона применяется правило исчисления времени наступления субсидиарной ответственности с момента последнего расчета с кредитором;
  • Нередко руководители организации способствуют искажению финансовой отчетности предприятия. В бухгалтерских документах вообще может не содержаться сведений об отношениях с кредитором. В этом случае начинает действовать часть 5-я Закона о банкротстве, которая явно указывает на возможность привлечения руководителя к материальной ответственности.
  • Процедура банкротства подразумевает течение процессов проверки финансово-хозяйственной деятельности, установление подлинности сведений по дебиторской и кредиторской задолженности.

В удовлетворении иска о привлечении к субсидиарной ответственности, поданного вне рамок дела о банкротстве, не может быть отказано только потому, что о наличии оснований для привлечения к ответственности кредитор (кредиторы) узнал или должен был узнать до завершения конкурсного производства. В этом случае к части требования о привлечении к субсидиарной ответственности, приходящейся на данного проинформированного кредитора (кредиторов), применяется исковая давность, предусмотренная пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, к остальной части требования о привлечении к субсидиарной ответственности применяется исковая давность, предусмотренная пунктом 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве. Положения абзаца второго пункта 5 и абзаца второго пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве являются специальными по отношению к правилам статьи 205 ГК РФ.

Применение исковой давности по делам о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц

На практике часто возникает вопрос применения сроков исковой давности по различным категориям исковых требований. Особую актуальность в настоящее время представляет вопрос исчисления сроков по делам о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, как в делах о банкротстве, а также после прекращения конкурсного производства и признания должника банкротом.

Широкое распространение практика привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности получила после принятия Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 г. (Далее – закон о банкротстве), в соответствии с которым Закон о банкротстве был дополнен главой III.2. «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». В частности, указанной главой были установлены специальные сроки исковой давности по данной категории дел.

До вступления в силу Закона № 266-ФЗ, суды руководствовались статьей 10 «Ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве» Закона о банкротстве (утратила свою силу в связи с принятием закона 266-ФЗ), согласно п. 5 которой, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, могло быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом и открытия судом конкурсного производства.

Таким образом, срок исковой давности на предъявление иска к контролирующему лицу ограничивался тремя годами и такой иск не мог был быть предъявлен, если прошло три года со дня объявления должника банкротом. Новая редакция закона о банкротстве (Пункт 5 ст. 61.14 Закона о банкротстве в ред. ФЗ-266 от 29.07.2017) также содержит указание на трёхлетний срок, который по нашему мнению является пресекательным.

Вместе с тем, начинает появляться практика расширительного толкования начала течения сроков давности по делам о привлечении к субсидиарной ответсвенности контролирующих лиц. Самое интересное, что эта практика сформирована Судебной коллегией по Экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации по делу, где кредитором является Федеральная налоговая служба, а размер долга перед бюджетом составил более 8 млрд. рублей.

Конкурсный управляющий не обращался с иском о привлечении к субсидиарной ответственности Абазехова Х.Ч. в течение более чем трех лет с даты объявления должника банкротом и открытия конкурсного производства в 2013 году. Требования к участнику общества были заявлены конкурсным управляющим только в 2016 году со ссылкой на то, что ему стало известно об этом именно в этот период.

Суды всех инстанций отказали в удовлетворении требования о привлечении к субсидиарной ответственности, сославшись на пропуск трехгодичного срока исковой давности (как на самостоятельное основание для отказа в иске) конкурсным управляющим, исчисляемого от даты открытия конкурсного производства в 2013 году, в порядке, установленном ст. 196 ГК РФ.

Поскольку заявление о привлечении Абазехова Х.Ч. к субсидиарной ответственности подано конкурсным управляющим Рец М.Н. 26.09.2016, то есть по истечении трех лет с даты открытия конкурсного производства, суды пришли к правильному выводу о пропуске конкурсным управляющим срока, установленного статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации для обращения с заявлением о привлечении указанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении настоящего заявления».

Вместе с тем, конкурсный управляющий не согласился с отказом и обратился в коллегию Верховного суда Российской Федерации по экономическим спорам с требованием отменить, не законные, по его мнению, судебные акты, в том числе, не согласившись с пропуском срока исковой давности.

В результате рассмотрения жалобы по существу, Верховный суд Российской Федерации судебные акты по делу, которыми было отказано в удовлетворении требований о привлечении субсидиарной ответственности Абазехова Х.Ч, отменил, сославшись на следующие нормы:

«Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности – о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно к настоящему делу – не ранее введения процедуры конкурсного производства).

Таким образом, в Определении от 15.02.2018 Верховный суд РФ указал, что трехлетний срок исковый давности пресекательным не является и может выходить за пределы трех лет после даты объявления должника банкротом. Фактически суд связал начало течения срока давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, с датой подачи соответствующего заявления в суд. Хотя формулировка в определении суда противоречива, поскольку суд указал, что «При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно к настоящему делу – не ранее введения процедуры конкурсного производства)». А на дату вынесения Определения ВС РФ три года с даты открытия конкурсного производства прошли, поэтому мотивы суда не совсем понятны.


Законом ФЗ-266 не установлены расширительные сроки исковой давности за пределами трех лет от даты объявления должника банкротом и открытия конкурсного производства. В законе появились дополнительные основания для привлечения к субсидиарной ответственности, а также установлен нижний предел срока, за которыми привлечение к субсидиарной ответственности контролирующего лица в принципе, невозможно.

Заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Как мы видим из сравнения вышеуказанных норм Закона о банкротстве в редакциях «до» и «после», обе статьи указывают на трехлетний срок привлечения к субсидиарной ответственности, исчисляемый от даты начала конкурсного производства и объявления должника банкротом.

В более ранних редакциях Закона о банкротстве специальный срок и вовсе отсутствовал (применялся общий трехлетний срок), потом был установлен одним годом и дорос до трех лет.

Подробное разъяснение оснований применения указанных сроков дано в Постановлении Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее — Пленум).

Согласно пункта 58 Пленума, сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц).

При этом, как сказано в п. 58 Пленума, данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

Пунктом 59 Пленума установлено, что предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности — о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

По нашему мнению, трехлетний срок, установленный в Законе о банкротстве все таки является пресекательным. То есть, если кредитор не обратился с соответствующим требованием в течение трех лет с даты признания должника банкротом, такой срок восстановлен быть не может и в иске должно быть отказано если сторона заявила о пропуске срока. Расширительное толкование сроков давности (как в рассмотренном деле) не должно допускаться судами.

В соответствии с абзацем 4 пункта 5 статьи 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции, действовавшей на момент подачи заявления, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Указанная норма устанавливает пресекательный трехгодичный срок для подачи заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, который подлежит исчислению со дня признания должника банкротом. Исчисление заявителем указанного срока с момента опубликования решения суда в Единой информационной системе, является ошибочным.
Таким образом, учитывая, что решение о признании должника банкротом принято судом 22.05.2014, Арбитражный суд г. Москвы пришел к обоснованному выводу о том, что обратившись в суд 25.05.2017, заявитель пропустил трехлетний срок давности для подачи заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

С 30 июля 2017 г. действуют правила Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве), устанавливающие довольно неприятную для виновных лиц модель: срок исковой давности начинает течь с момента, когда о нарушении узнал или должен был узнать арбитражный управляющий или иное лицо, управомоченное на подачу иска (п. 5 ст. 61.14). При этом глубина заглядывания в прошлое довольно существенная — десять лет, отсчитывая от даты подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Однако раньше такого правила не существовало. В 2009 г., когда законодатель принялся развивать субсидиарную ответственность при банкротстве, вопросы исковой давности вообще никак не регулировались (вплоть до 2013 г., когда они были введены, — и достаточно короткие, сопоставимые со сроком на оспаривание сделок при банкротстве).

При этом на данное радикальное решение продолжают до сих пор ссылаться суды, рассматривая споры, относящиеся к 2009—2013 гг. Такое положение я считаю глубоко ошибочным.

Начать нужно с того, что модель субсидиарной ответственности, созданная законодателем, фактически воспроизвела ответственность за причинение вреда юридическому лицу, через которую опосредуется ответственность перед кредиторами. В литературе обращалось внимание на неизбежные проблемы, связанные с такой моделью 1 .

Одной из особенностей субсидиарной ответственности является то, как определяется ее размер. Он исчисляется не в зависимости от размера фактически причиненных юридическому лицу убытков, а в зависимости от того, в каком размере сложится разница между активами и пассивами юридического лица — банкрота к концу конкурсного производства (см. п. 8 ст. 10 Закона о банкротстве в ред. Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ).

Поэтому возник вопрос: как может применяться исковая давность по требованию, относительно которого не понятен его размер?

В постановлении использована следующая мотивировка.

При определении момента начала течения срока исковой давности по заявлению о привлечении собственника имущества должника к субсидиарной ответственности в процедуре банкротства необходимо учитывать, что размер ответственности невозможно определить с разумной достоверностью до момента реализации имущества должника, в связи с чем такой срок может исчисляться не ранее даты завершения реализации имущества предприятия и окончательного формирования конкурсной массы.

Избранный Президиумом ВАС РФ подход означает, что в условиях правовой неопределенности суд посчитал наименьшим злом удлинение исковой давности по сравнению с подходом, при котором виновные лица смогли бы уходить от ответственности ввиду пропуска срока исковой давности.

Поясним, что же являлось еще большим злом, от которого уходила высшая судебная инстанция. Предположим, виновное действие совершено за год до возбуждения дела о банкротстве. Далее дело затянулось (шло более двух лет), что не редкость в российских реалиях, особенно в том случае, если у должника имеется значительное имущество, подлежащее продаже. В этом случае срок исковой давности, если бы он исчислялся по дате причинения ущерба имуществу юридического лица — должника (будущей конкурсной массе), оказался бы пропущен.

Если даже срок исковой давности можно было бы считать с даты открытия конкурсного производства или более поздней даты, когда об основаниях для субсидиарной ответственности узнал или должен был узнать конкурсный управляющий, то затягивание конкурсного производства на срок более трех лет также лишало бы кредиторов возможности покрыть свои потери через механизм субсидиарной ответственности.

Именно так и получилось в деле, которое попало на рассмотрение Президиума ВАС РФ: конкурсное производство было введено 14 июня 2006 г., далее 13 декабря 2010 г. принято решение о собрании кредиторов с предложением в адрес конкурсного управляющего об обращении в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности администрации как собственника предприятия, а заявление в суд подано 5 марта 2011 г.

Отдавая дань решению ВАС РФ, которое в текущей исторической ситуации, по-видимому, было оправданным, не можем промолчать о том, что наличие института исковой давности, направленного на защиту правовой определенности и правовых ожиданий ответчика, является весьма значимым достижением правопорядка. На важность исковой давности неоднократно обращал внимание КС РФ (см., например, определения от 03.11.2006 № 445-О, от 24.06.2008 № 364-О-О, постановления от 20.07.2011 № 20-П, от 15.02.2016 № 3-П) 2 . Понимая важность исковой давности, вскоре после принятия постановления Президиума ВАС РФ от 07.06.2012 № 219/12 федеральный законодатель установил гораздо более короткие сроки исковой давности — один год с момента, когда истец узнал об основаниях своего иска (п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве в ред. Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в части противодействия незаконным финансовым операциям»).

Таким образом, из всего последующего развития событий следует воля законодателя устранить несправедливость в виде неограниченного по сроку привлечения к ответственности контролирующего лица и соответствующий перекос в балансе интересов сторон, вызванный пробелами в законодательстве, действовавшем до 2013 г.

Эту волю необходимо учитывать при рассмотрении судебных споров.

Это означает, что в реалиях 2018 г. нецелесообразно и неправомерно использовать правовую позицию Президиума ВАС РФ, выраженную в 2012 г. и относящуюся к событиям 2005 г., без поправок на изменившееся законодательство.

И главное изменение законодательства заключается в том, что более не требуется дожидаться точного определения размера субсидиарной ответственности (читай — завершения конкурсного производства), чтобы предъявить иск. Иск можно предъявлять сразу же, а размер требования считать уже потом, постфактум.

Это значит, что и субъективная исковая давность должна начинать свое исчисление гораздо раньше, чем это следует согласно правовой позиции Президиума ВАС РФ из постановления от 07.06.2012 № 219/12. Не должно быть такого, чтобы истец мог предъявить иск, но исковая давность не текла бы. Это совершенно невзвешенный и непропорциональный подход. Он не просто загоняет в ловушку многих бизнесменов. Он объявляет им: вы уже в ловушке, бежать никуда не надо. Такие-то ваши действия объявляются неправомерными. А то, что вы этого не знали и не собирали доказательства обратного, это ваша проблема. И в итоге мы получаем не обычную, а какую-то ползучую обратную силу закона, которая наносит вред правовой определенности и правовым ожиданиям граждан. И это, на мой взгляд, очень плохо.

1 Егоров А.В., Усачева К.А. Субсидиарная ответственность за доведение до банкротства — неудачный эквивалент западной доктрины снятия корпоративного покрова // Вестник ВАС РФ. 2013. № 12; Егоров А.В., Усачева К.А. Доктрина «снятия корпоративного покрова» как инструмент распределения рисков между участниками корпорации и иными субъектами оборота // Вестник гражданского права. 2014. № 1.

2 Подробнее см.: Головнина Е.Н. Исчисление и применение исковой давности по обособленным спорам в делах о банкротстве // Судья. 2017. № 8. С. 59—64; Сарбаш С.В. в кн.: Сделки,представительство, исковая давность: постатейный комментарий к статьям 153—208 Гражданского кодекса Российской Федерации // Отв. ред. А.Г. Карапетов. — М.: М-Логос, 2018. С. 1154 и след.

Статья написана по материалам сайтов: www.garant.ru, finans-konsalt.ru, www.srgroup.ru, www.eg-online.ru.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector